IPB

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

Rambler's Top100
Подписка на новости портала Цитадель Олмера
Правила Литфорума
Незнание не освобождает от ответственности.
Внесены изменения в Правила Литфорума.
У Добра преострые клыки и очень много яду. Зло оно как-то душевнее...
Вера Камша
 Forum Rules 
13 страниц V   1 2 3 > »   
Reply to this topicStart new topic
у бреда много форм..., моя проза
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:25
Сообщение #1


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


БРЕД

Сидя на потолке, я с интересом наблюдала за тем, как кровь стекает по рукам, а дальше по стенам, туда, вниз, в черную бездну, в подземные глубины, где царит тьма и могильный смрад. Колокольный звон бил по ушам, давил, расплющивал голову, заставлял жмуриться от тупой боли. Где-то в дальнем углу потолка висела отрубленная голова, смотрела на меня пустыми глазницами, а из них, в свою очередь, с любопытством оглядывали меня белые черви. «Я тоже хочу жить», - сказала голова тихим жалобным голосом. «Жить-ить-ить», - пронеслось гулкое эхо. Я попыталась сжать в кулаки онемевшие пальцы, но они отказывались подчиняться. Где я, что я здесь делаю? – Я здесь. И, наверное, я здесь живу. Здесь – это где? Ну, здесь – это здесь. На потолке. Над бездной.

Когда-то мне говорили, что над землей есть небо. А оказалось – нет его, есть только этот потолок, выше которого невозможно подняться. Я достигла максимума, апогея своей жизни?

Кровь стекает по пальцам. Я пытаюсь понять, чья это кровь. Моя? О нет, конечно, нет… НЕТ!!! Эта кровь не моя, но вытекает она из моих ран, из ран в моих руках… Что же это? Что?..

На стенах остались кровавые следы ладоней – следы, обозначившие мой путь наверх. Так я карабкалась выше и выше, по отвесным стенам, туда, к вершине… А оказалось, вершины нет. Есть только потолок.
И чем выше я забиралась, тем больше я теряла крови, тем меньше оставалось сил. И теперь я сижу здесь, на самом верху, сижу, и нет сил шевельнуться.

Я через силу подняла руку, и из глаз сами собой брызнули слезы, которые сразу же жгучей солью въелись в оцарапанное лицо. Я подняла руку и посмотрела на то, как кровь растеклась по ладони, заполнив собой линии жизни, словно река заполняет русло. Я коснулась второй руки, практически безжизненной. Пальцы погрузились в кровавое месиво, которое должно было быть моим плечом. Пальцы невольно сжались, когда нащупали что-то твердое – кость. В ужасе я дернулась, и пальцы заскользили по руке вниз, распарывая ее, словно дурно сшитый кафтан. Да, плоть моя шита синими нитками – вот они, торчат… Хотя нет, это вены…

Из разорванных вен хлынула черная густая жижа… Разве это кровь? Кровь красная, это знают даже дети. А еще говорят – «голубая кровь»… Но что это – черное, как мазут?

Кровь продолжала идти. Так я всю ее потеряю. И ничего не останется.

Я дрожащими пальцами начала завязывать узлы на кончиках ниточек-вен. Кровь перестала вытекать, и мне стало немного легче.

«Я тоже хочу жить», - напомнила мне голова. «А я – живу?» - уточнила я. Голова засмеялась, и от этого хохота по коже пошли мурашки, захотелось закричать от ужаса, но из горла вырвался лишь глухой хрип.
А я – живу? Зачем я цепляюсь за эту жизнь, если она так не похожа на реальность? Ведь я знаю, что человек не может сидеть на потолке, и что ему никогда не забраться туда по отвесным стенам, и что нельзя потерять столько крови, и что если завязать вены узлом, это не может спасти от потери крови, и что отрубленные головы не говорят, и что кровь все-таки красная… Я все это знаю, я понимаю, что все это нереально, но… почему-то продолжаю бороться за жизнь, какой бы она ни была. Пусть даже это и не жизнь вовсе, а всего лишь иллюзия.

Если, увидев рассвет, я запечатлею его на бумаге, то что я нарисую? Нет. Я нарисую не рассвет. Я нарисую картину. Так и мое воображение лишь рисует картину, а не создает новою реальность. Это все – всего лишь рисунок, пусть и очень точный, пусть и очень похожий на правду…

Хотя кто способен определить, какая из жизней настоящая? Какая из них – всего лишь картина, а какая – реальность? Быть может, реальность – это то, что происходит со мной здесь и сейчас, а все остальное – сны? Но если это так, то это и есть моя жизнь. А я не хочу такой жизни.

Поняв это, я оттолкнулась двумя ногами от потолка, на который опиралась, и полетела вниз, в бездну… Странно, но стремление вниз оказалось бесконечным. Если вверху меня остановил потолок, но вниз я могу падать сколько угодно. Нижней границы нет.

Но падать бесконечно – это ведь не значит жить? Жизнь – это не бесконечный путь наверх, но и не бесконечное падение в пустоту. Тогда что же? В какой плоскости мы двигаемся на самом деле? Вверх-вниз, вперед-назад? В каком направлении?.. Или?.. Или никуда?

Падение прекратилось. Я оказалась где-то посередине, между верхом и низом, если низ, конечно, вообще существует. Конечно же! Я не учла то, что движение вверх-вниз и вперед-назад является, по сути, движением в двухмерном мире, а мы уже научились осознавать себя в трехмерном, и, возможно, скоро поймем и еще одно измерение… Значит, мы движемся иным образом…

И если двигаться против течения тяжело, то почему бы не поплыть по течению? Почему нет?..

В этот миг за моей спиной открылись крылья. Конечно, им далеко до ангельских белоснежных крыл – они черны и покрыты чешуей, но разве это важно? Главное, что теперь я могу сама выбирать направление – лететь вверх или вниз, вперед или назад, куда угодно, куда захочу. Я смогу лететь куда угодно, если там, конечно, есть воздух. Не бывает безграничных возможностей. К сожалению…

Сколько времени я уже нахожусь здесь, в междумирье, не пойми где? Ужасно хочется пить, ужасно хочется есть. Я оценивающе осмотрела болтавшуюся безжизненно левую руку, которая уже мало напоминала руку по форме и внешнему виду в общем. Это был кусок мяса с торчащими белыми костями. Я ухватилась за основание руки и дернула со всей силы. Рука поддалась. Я видела перед собой кусок мяса, кусок хорошего, питательного мяса, и мои зубы жадно впились в этот кусок. Кровь потекла по губам, по шее, по груди… Я размазала ее по телу оставшейся рукой – будто умылась, будто очистилась… Я ела жадно, не думая ни о чем, когда вдруг в ужасе остановилась.

Что я творю? ЧТО Я ТВОРЮ??? Я же ем себя!..

Так мы часто поедаем себя. Гложем и гложем, пытаемся накормиться за счет собственных ресурсов, не прибегая более ни к чему. Только вот плоть конечна, и рано или поздно не остается более ничего… Это напоминает мне одну картинку из детской книжки, где удав поедает сам себя, начиная с кончика хвоста. На картинке, к сожалению, не возможно отобразить весь процесс, а особенно – его конечный результат. Можно съесть себя заживо. Можно.

Неизвестно откуда появился черный как ночь ворон, уселся мне на плечо и отхватил кусок от моей пищи. Я хотела согнать его, но потом поняла, что в этом нет никакого смысла. Ведь он тоже голоден, а я уже насытилась…

Так мы часто поедаем сами себя и даем поедать нас другим. Иногда мы думаем, что так мы сможем им помочь, а иногда мы просто сами не голодны… а когда мы вновь захотим есть, то уже ничего не останется… Порой кажется, что если поделиться с человеком частью себя, отдаться ему на съедение, то можно будет его спасти от голодной смерти. Но он никогда не насытится, он будет требовать еще и еще, пока не съест тебя с потрохами. А иногда ты жалеешь капли своей крови, чтобы человек утолил жажду, а он не требовал большего… А еще бывает, что ты отдаешь себя всего – бери, ешь! – а он не голоден и не видит необходимости такой жертвы. Или голоден, но боится принять этот дар. Или считает себя недостойным этого дара. Только вот недостойных людей не бывает. Если ты хочешь поделиться с ним своей кровью, своей плотью, значит, он этого достоин.

Ворон рвал остатки моей руки, а я все смотрела и думала, чем же это кончится. И в один миг боль пронзила меня, словно клинок, и я более ничего не стала видеть. Ворон выклевал мне глаза.
Так бывает, что, пытаясь накормить собой кого-то, мы слепы, мы не понимаем, что он этого не стоит. Вернее, как я уже замечала, он стоит того хотя бы потому, что мы так решили. Но на самом же деле мы нередко обманываемся в безумном стремлении спасти человека.

Вообще, спасать людей очень трудно. Иногда это связано с тем, что ты бросаешься на помощь утопающему, забывая, что сам не умеешь плавать, а иногда с тем, что утопающий решил утопиться и бросился в воду с камнем на шее. А еще бывает, что утопающий вовсе не хочет быть спасенным, что ему нравится тонуть – ему интересно наблюдать, как постепенно становится труднее дышать, как синеют его руки, как кровь отливает от мозга, как замедляется сердце…

А еще бывает, что ты бросаешься в бурные воды, чтобы спасти кого-то, и сам захлебываешься, и тебя самого приходится спасать. Или ты прыгаешь в воду ночью, и не видишь, куда плыть, не можешь определить, откуда звучит голос…

Но когда ты уже доплыл до утопающего, это еще не значит, что ты справился. Он может не только не помогать тебе, но сопротивляться спасению. А может покорно принять свою долю, а потом утопить тебя в благодарность за спасение… Бывает всякое. Да, и такое бывало.

Слепая, ослабленная, я, как мне показалось, опустилась на землю. И тут я услышала, как воют маленькие волчата – жалобно, надрывно. Голодные, бедняжки…Я почувствовала, как мне в щеку уткнулся мокрый холодный нос. Потом кто-то лизнул меня в лоб. Я улыбнулась. Это было безумно приятно. А потом кто-то вцепился в меня маленькими, но очень острыми зубками. И начал рвать… Они поедали меня, разрывали на куски. А я улыбалась, пока не начала терять сознание…

Ради того, чтобы другие выжили, не жалко и жизнь отдать. Отдать жизнь, чтобы их спасти. Ведь им эта жизнь нужна не меньше, чем была нужна мне… И пусть они все равно долго не проживут без матери, но они хотя бы еще несколько дней смогут насладиться жизнью, они смогут запомнить ее, смогут еще немного порезвиться, поиграть, поохотиться… И, умирая, они вспомнят вкус моей теплой крови, а значит, вспомнят меня. Ради этого стоит жить…


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:27
Сообщение #2


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


О ЖИЗНИ

Жизнь – слишком простая штука, чтобы не раскусить ее. Все очень просто – все люди думают о себе. Все, что они делают, делается исключительно для их же выгоды. Разве нет?

У каждого человека свои небеса, хотя, конечно же, небеса – одни для всех. Но у каждого они свои, у каждого есть не частичка небес, а все безграничное небо. У меня есть свои небеса.

Нельзя сказать, что мне они всегда по душе. В моих небесах нет свободы. Я обречена зависеть от людей. От тех, кто мне дорог. Я обречена дорожить людьми. И делиться с ними своим небом. И самое парадоксальное – мне бы хотелось этого. Мне бы хотелось делить с кем-то свое небо. Мне одной оно ни к чему – одиночество отбирает у меня крылья, и все, что я могу – смотреть в небо, смотреть, любоваться, вспоминать…

И в своем желании делиться небесами я не вижу никакого подвоха. У меня нет каких-либо корыстных мотивов. Я просто этого хочу. Дарить крылья. Делиться небом.

Вопросы, которые мучают людей на протяжении сотен лет: что делать? кто виноват? зачем??? Зачем мне все это, для чего я это делаю? Черт возьми, это действительно первородный вопрос. И даже Ева, сорвавшая чертово яблоко, не нашла ответа на этот вопрос: зачем? – потому что ей так хотелось?.. Мотивация поступков – не самая сильная моя сторона. Даже более того – самая слабая.

А как это может быть: я дарю тебе небо, а ты мне за это сотню дашь? Да как такое может быть? КАК???

Я вовсе не считаю, что сама лишена цинизма. Вовсе нет. Но я переродилась. Смогла через это пройти. Каждый новый этап жизни я начинаю с нуля. Так проще. Перед каждым новым этапом жизни я переживаю смерть.

«Звон. Зелень. Взор. Взгляд. Радость. Истома. Мышечная боль. Мокрые руки. Чистые руки. Новая страница. Действительно ли она чистая? В клеточку. Пиши новую жизнь. Но в определенных рамках. По линеечке. Как хочешь, но в разумных переделах. Ком в горле. Грусть. Ностальгия. »

Так я писала о своем возвращении с летнего отдыха в прошлом году. Ностальгия? Испытываю ли я тоску по прошлому, по тем, кто когда-то делил со мной небо? МОЕ небо? Мы сидели вместе на самом краю скалу, болтая ногами; под нами простиралась безграничная пустота, но не было страха падения – мы вообще не боялись падать, потому что падали всегда вместе; мы сидели на краю земли, над пропастью, мы сидели под моим небом, к которому я допустила их, но они же никогда не допускали меня до своего неба, и мне это было безразлично… наверное, в этом и сейчас нет необходимости. Главное, что я раскрываю свою душу, дарю свой мир. Мне взамен ничего не нужно. И в этом нет никакой деланной гордости и никакого мученичества. Это действительно так.

Делиться небесами – вовсе не значит делиться только счастьем. Под моим небом происходит все. Под моим небом есть страх, есть боль, есть страдание. Проблемы, то, что колышет твое сердце – это тоже часть твоего мира, часть твоего бесконечного неба. Делиться которым – великое счастье.

Счастье – это ведь вовсе не когда тебе хорошо. Сердце. Звон. Стук. Скрежет. Паденье. Подъем. Руки. Звезды. Слезы. Розы. Грозы. Все это – в твоем мире. Все это – то, чем ты можешь делиться. Настроением. Ощущением. Мыслью. Образом. Это – частичка счастья. А полное счастье – когда кто-то делиться своим небом с тобой. Не важно, какова его мотивация. Может быть, на данный момент жизни ему просто так выгоднее. Это все – вторично. Если он пустил тебя под свое небо, значит, ты для него чего-то значишь. Значит, ты чего-то стоишь. Это приятно осознавать. Даже если ему просто от тебя что-то надо. Даже если ты стоишь всего лишь денег. Даже если… даже так.

Это удивительное чувство – глядеть в чужое небо и понимать, что оно немножко и твое тоже, что ты не только имеешь право смотреть в него, но и притронуться к нему, что оно тоже смотрит на тебя… и в то же время помнить, что у тебя есть свое небо, которое принадлежит тебе, которым ты можешь поделиться со всеми, с кем пожелаешь, и даже если все бросят тебя, ты сможешь вернуться туда, на край земли, под сове небо, в свой мир… Из этого и складывается счастье.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:28
Сообщение #3


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


МАЛЕНЬКАЯ ВЕЧНОСТЬ

23 июля 2005 года, 2:23
- Скажи мне что-нибудь теплое, - попросил он.
- Я не могу, - ответила я.
- Значит, не заслужил, - сказал он.
- Заслужил, но...
Но. Я не могу сказать "что-то теплое" на заказ. При всей искренности эти слова умрут. Я не могу говорить не от сердца. Я хочу сама. Чтоб никто не просил...

Я все время старалась ему угодить, я столько стихов ему посвятила, я ради него изменилась, я ради него учусь снова быть человеком. Я люблю так, как умею, в меру своих сил и возможностей. Казалось бы, сказать "что-то теплое" - простая формальность, но для меня это тяжелое испытание.

Я хочу сказать ему, что люблю его, сколько раз я собиралась это сделать? Но каждый раз, когда я была готова на этот решительный шаг, понимала, что уже несколько минут слушаю в трубке гудки...

Сложно сказать человеку, которого любишь, "что-то теплое", потому что боишься сказать что-то не то, боишься допустить какую-то ошибку...

Слезы сами собой наворачиваются на глаза.

- Когда расстанешься со своим прошлым, тогда и поговорим.
И гудки. Даже не попрощался.

Закрываю глаза, отсчитываю в обратном порядке: 10... 9... 8... 7...
Мысли пропадают. Остается только тиканье часов, стрелки которых крутятся в обратном направлении.
...6...5...4...
Тело перестраивается: уменьшается рост, волосы меняют свой цвет, улучшается зрение...
...3...2...1...
...0.

13 декабря 2003 года, 3:25
Я сижу на краешке кровати.
- Я люблю тебя, милый, - шепчут мои губы, которые еще кажутся чужими. Здесь я - другой человек, та, кем я была почти два года назад.
Он оборачивается. В его глазах - злоба. А ведь я-прошлая люблю его!
- Я люблю тебя, - повторяю я. И получаю пощечину.
- Шлюха, - сплевывает он. - Ты не умеешь любить, поняла?
- Поняла, - покорно говорю я.
- Хорошая девочка, - хвалит он и легонько касается пальцами моего подбородка.

Я должна умереть. Конечно, здесь я тоже человек, со своими чувствами и переживаниями, но я-прошлая должна умереть. Человека, которого я здесь люблю, нет в моем настоящем. Я должна принести себя в жертву ради меня-настоящей, у которой еще есть шанс на спасение.

Я встаю и говорю, что должна уйти. Выхожу в коридор, не включая свет, надевая сапоги и пуховик. Он выходит из комнаты, хватает меня за плечи и впивается в мои губы, затем отстраняется и молча открывает дверь. Я выхожу на лестничную площадку и слышу, как за спиной со скрежетом закрывается замок. Решительно мотнув головой, иду прочь.

На улице холодно. Ловлю машину, сажусь на переднее сидение. Водитель подозрительно на меня смотрит, спрашивает:
- Ты откуда так поздно, девочка?
- От любимого человека, - отвечаю я.
- И куда теперь?
- Умирать.
- Что, бросил он тебя? - изобразил понимание водитель.
- Нет.
Он больше не стал задавать вопросов, и оставшийся путь мы проделали молча.
- Приехали, - сказал он.
Я расплатилась и вышла из машины.

Ивановское кладбище. Место, где я хочу умереть.

Я заранее обдумала, как я это сделаю - ехали мы долго, и у меня было время на размышления.

Нахожу подходящее место, вешаю пуховик на соседний крест, достаю из сумочки нож, который всегда ношу с собой на всякий случай. Вот он и настал, этот случай.

Собираюсь с мыслями, вслух считаю до трех.
1...2...3.
Тело пронзает жуткая боль, на руках что-то липкое, мысли начинают путаться... Нет, врут люди, когда говорят, что перед глазами вся жизнь проносится, неправда это. Память - первое, что человека покидает. Кто я? Что я? - это уже не важно. Я должна умереть. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Руки начинают неметь, и я последним усилием воли хватаюсь за рукоять и выдергиваю нож. Хлещет кровь, изображение перед глазами плывет, мысли спутываются в один комок.
Как мне больномне больнобольнобольнобольнобольноболь...

23 июля 2005 года, 7:31
Открываю глаза. Пытаюсь понять, что произошло. Я лежу на полу, держась руками за живот. Все тело ломит, сердце колотится с бешеной силой. Голова раскалывается.

Я что, умерла? А это, оказывается, больно. Но зато теперь я свободна.

Я пойду и скажу ему, что я избавилась от своего прошлого, что теперь я такая, как нормальные люди, что я хочу, чтобы он разрешил мне любить его.

Действительно ли прошлого больше нет? Закрываю глаза...10...9...8...7...6...5...
Мысли пропадают. Остается только мерный отсчет времени.
...4...3...2...1...
...0.
Пусто. Подо мной - черное-черное небо, в которое я падаю. И больше ничего. Совершенно ничего. И ни души кругом. Кто я? Я - никто. Я существую лишь в сознании других людей. Здесь, где ничего нет, я не существую. И все-таки я здесь. Что я здесь делаю? - Падаю. В небо.

Так значит, смерть - это конец? Значит, за чертой ничего нет? Или нет ничего только для меня-прошлой?

Кажется, я буду падать вечно, как в страшном сне.
1...2...3...4...5...6...
Кружится голова. Во рту пересохло, и я с трудом продолжаю счет.
...7...8...9...10.

23 июля 2005 года, 7:49
Открываю глаза.

Значит, все кончено. Моего прошлого больше нет. Часть меня отмерла. Я - живой мертвец. Я раньше любила, как умела. А теперь я не знаю, что значит любить. Я больше не умею любить! И этому мне придется учиться заново.

Я приду к нему и скажу, что моего прошлого больше нет, что я научусь любить его, если он разрешит мне его любить.

Возможно, он пошлет меня к черту, но для меня это будет означать конец, потому что у меня нет и не может быть другого пути, все дороги ведут к счастью через него...

Закрываю глаза... 1...2...3...4...5...
Вытягиваются кости, черты лица становятся острее, кожа теряет упругость...
...6...7...8...
Сердце бьется медленно-медленно, в так счету.
..9...10.

5 августа 2018 года, 10:15
Звенит будильник. Я открываю глаза. Потягиваюсь и спускаю ноги в пушистые синие тапочки. Задумчиво провожу рукой по одеялу рядом с собой. Опять одна.

Подхожу к окну и раздергиваю шторы. Солнце бьет по глазам, я недовольно щурюсь. Я-будущая не люблю солнечный свет и тепло, потому что мне не с кем делиться этим теплом, и никто не делится им со мной.

Открываю окно, надеясь хотя бы на глоток прохлады. Краем глаза замечаю какой-то красный лучик. Опять кто-то балуется с лазерной ука...

23 июля 2005 года, 10:20
Открываю глаза. Голова раскалывается, из губы течет тоненькая струйка крови.

Нет никаких сомнений, что я-будущая умерла. Я убила свое прошлое, но в моем будущем кто-то убил меня. У человека без прошлого не может быть будущего, так?

Зато может быть настоящее, то самое время, в котором я живу сейчас, в котором у меня еще есть надежда на счастье.

Я пойду к нему и скажу, что сожгла все мосты, что я теперь живу только настоящим, что прошу его только об одном - чтобы он принял мою любовь.

Руки тянутся к сигаретам. Щелкает зажигалка.

Я буду гореть. Я так хочу. Я научусь гореть так, чтобы мой огонь мог его согреть. Я научусь, потому что он так хочет. А я хочу, чтобы он был счастлив.

Я хочу поделиться с ним своим небом, я не умею летать, но хочу дать ему крылья, я хочу, чтобы он был счастлив, и больше мне ничего не нужно.

Изнемогая от усталости, я закрыла глаза и погрузилась в долгий и беспокойный сон.

23 июля 2005 года, 23:13
Я открыла глаза. Я спала, и не знаю, что мне снилось, но глаза опухли, а подушка мокрая от слез.

Я приду к нему и скажу, что люблю его, что ради него я убила прошлое и, возможно, лишилась будущего.

А он, как всегда, не поверит. И у меня не останется никакой надежды.

А на следующий день он получит небольшую коробочку, на которой будет написано: My heart is thine. Он откроет ее и омерзением отбросит прочь. Коробка глухо стукнется об пол, и из нее выкатится, заляпанное кровью, сердце. Мое сердце.

Если окажется, что я ему больше не нужна, то и сердце мне больше не нужно, потому что я никого и никогда больше не полюблю.

Я выхожу на улицу и долго бреду прочь. Останавливаюсь.

Я стою на перекрестке трех дорог, не зная, куда идти.

Каждому человеку дается определенный срок на земле, его собственная маленькая вечность, с которой он волен поступать так, как ему вздумается. Мы не можем повернуть время вспять, не можем его ускорить. Но мы сами можем повернуть назад, ускорить шаг. Мы сильнее времени, потому что, в отличие от него, мы можем остановиться. Остановиться, чтобы подумать о вечности.

Я приду к нему и скажу, что я теперь живу только для него, что у меня нети ни прошлого, ни будущего, что я живу настоящим, и буду жить вечно, если он не отвергнет мою любовь. Любовь дает человеку право на вечность, на его личную маленькую вечность, которую он проживет не для себя.

Я стою на перекрестке трех дорог, ветер дует мне в лицо и щекочет глаза. Я вглядываюсь в темноту, пытаясь понять, куда мне идти. Делаю шаг, второй, третий... Я иду в сторону его дома. Я приду к нему и скажу...

А в моих глазах сверкают отражения трех лун моего бездонного мира.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:30
Сообщение #4


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


КАЗНЬ

- Ввести обвиняемого, - махнул рукой Ванор.
Дверь со скрипом отварилась, и в помещение впихнули невысокого юношу в потрепанных одеждах. Он упал от сильного толчка в спину на колени, поднял голову и начал пристально вглядываться в лицо обвинителя.
- Итак, ты нас предал, - сказал Ванор.
- Итак, я вас предал, - кивнул юноша.
Ванор внимательно посмотрел на него. Совсем еще молодой парнишка со светлыми длинными волосами и удивительными зелеными глазами. И эти глаза – подумать только! – глаза предателя. Из-за этого человека погибла почти вся Вторая армия.
- Как ты дошел до такой жизни? – спросил командующий с интересом.
- Я вас предал и достоин смерти, - сказал юноша.
- Почему ты нас предал? Почему? – Ванор подскочил к обвиняемому, схватил его за ру?ашку и начал трясти. – Почему?
- Я хочу умереть, - сказал юноша, отворачиваясь.
- Итак, ты хочешь умереть, - сказал командующий. – Как зовут?
- Меня? – переспросил парнишка.
- Нет, меня, - фыркнул Ванор. – Так как твое имя?
- Эд.
- Итак, Эд, ты хочешь умереть.
Ванор сел на скамейку. Он никак не мог понять этого юношу, недавнего ребенка, никак не мог разобраться в его чувствах.
- Ты признаешь свою вину, - он не спрашивал, он констатировал факт.
- Признаю. И готов понести наказание.
- Какой смертью ты хочешь умереть? – спросил Ванор.
Юноша смотрел на него с непониманием.
- За твою честность я дарую тебе выбор, - пояснил командующий.
Эд задумался. Конечно, гильотина – это быстрая смерть, практически мгновенная, а костер – это смерть долгая, полная страданий и боли. Но с другой стороны, стоит ему выбрать костер, и он сможет выкрасть у жизни еще несколько мгновений, прожить немного больше. Он успеет запомнить этот мир таким, какой он есть, успеет вспомнить лучшие моменты своей жизни. Выбрав костер, он выберет очищение, возрождение. Только он не восстанет из пепла, подобно фениксу. Он умрет навсегда.
- Итак? – вывел его из задумчивости недовольный голос.
- Костер, - ответил Эд.
- Не слышу?
- Костер! Я выбираю костер!


На рассвете за ним пришли. Он всю ночь просидел в одной позе – скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх. Когда отворилась дверь и в камеру вошли двое, юноша кивнул, поднялся и молча подошел к ним.
- Следуй за нами, - буркнул тот, что был выше.
Эд еще раз кивнул и поплелся за стражей.
Выйдя на поверхность, он на секунду ослеп от яркого солнца, первые лучи которого ударили по его глазам. Он на мгновенье остановился, пытаясь привыкнуть к свету, но тут же получил пинок сзади.
- Не останавливаться!
Его подвели к сложенному заранее костру, и он послушно встал спиной к столбу. Пока его привязывали, он оглядывал толпу, собравшуюся посмотреть на то, как он будет мучиться в пламени костра.
- Итак, Эд Безымянный приговаривается к смерти через сожжение за предательство и шпионаж в пользу врага, - сообщил командующий во всеуслышание.
Стражники взяли в руки факелы и подожгли сено, лежавшее у подножья костра.
Ванор спустился со своей трибуны и подошел к костру.
- А ведь ты мог выбрать жизнь, - сказал он, глядя Эду в глаза.
Эти слова словно нож вонзились в душу юноши. Он вздрогнул и отвел взгляд.
Как? Неужели стоило ему лишь сказать, что он не хочет умирать, и ему бы даровали жизнь? Но ведь он хотел умереть! Или нет? Конечно, нет! Разве найдется на свете хоть один человек, который хотел бы умереть? Никто не хочет умирать! Был ли он честен с собой, когда решил, что хочет умереть, что желает понести наказание? Нет. Нет. Нет.
Он мог сказать, что не хочет умирать, и остался бы жив. Но имел ли он право это сказать? Как он, предатель, худший из преступников, мог сказать, что желает жить? У предателей нет права на жизнь!
Выбирая между жизнью и смертью, кто выберет смерть? Только тот, кому незачем жить или есть за что умереть. Попав в плен, он мог выбрать смерть, но он не желал умирать, он был слишком молод, он был влюблен, он был полон желания жить, чувствовать, любить. И он выбрал жизнь. Почему же сейчас он выбрал смерть? Ведь все еще есть люди, которых он любит, все еще ему есть то, ради чего стоит жить. Но он – предатель, и поэтому он должен умереть. В душе он сделал свой выбор. Выбор в пользу жизни. Но он почувствовал себя не в праве огласить свой выбор. И поэтому он сказал, что хочет умереть.
И вот теперь он умирает. Хотя мог жить…
- У каждого человека есть право на жизнь, - сказал тихо Ванор и пошел прочь.
Эд поднял голову и увидел в толпе Элизу.
Она стояла рядом со своей подругой Миртой, и тело ее сотрясалось от беззвучных рыданий.
Мирта говорила ей что-то, но Эд не мог разобрать слов. А говорила она вот что:
- Он умирает, но ты должна продолжать жить. Каждый человек имеет право на жизнь, даже не право, а священный долг, долг перед богом, даровавшим тебе жизнь, перед родителями, перед государством, перед теми, кто тебя любит и теми, кого любишь ты. Ты должна жить несмотря ни на что. Не стоит рассуждать о том, имеешь ли ты право на жизнь. Не стоит казнить себя…
Эд разобрал эти слова по губам Мирты:
- Не казни себя!
Это были последние слова, которые он услышал в своей жизни.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:31
Сообщение #5


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


ПЕРЕПРАВА
(Вольная трактовка одного из образов, использованных Сергеем Лукьяненко в романе «Фальшивые зеркала»)

Две стены. Обе они губительны, хоть одна убивает сразу, а другая – многие годы, давая возможность выстрадать все. Ту стену, которая убивает сразу, выбирают реже. Может, просто боятся, а может, думают, что есть возможность спастись. Спасения не дает ни одна из стен.
Нить. Тоненький-тоненький мостик. Он качается на ветру, но чуть-чуть не касается стен. Кажется, что остается пара сантиметров, но на самом деле до стен – пропасть.
Люди. Много людей. Страх. Тревога. Испуг. И им очень надо добраться до другого конца нити. В никуда. Холод и жар, ветер, вой, стон. А где-то там, на другом конце нити, - надежда, вера, спокойствие, звон, музыка.
Люди идут по мосту. Идут, как канатоходцы, раскинув руки, будто это может их спасти от паденья. Мост – это воспоминания. Или, может быть, жизнь? Люди идут. Люди идут. Чувства. Волна чувств – непонятных, ярких, веселых, серых, злых, чужих. Люди вспоминают. Или, может, живут? И, возможно, они дойдут.
На одном конце нити, там, откуда появились люди, и куда они уже не в силах вернуться, - страх, боль, ветер. На другом конце, там, где их еще нет, но куда они так стремятся, - свет, тепло, надежда, утро, роса на траве, капельки на лепестках роз, ясное небо, зеленая листва и яркое солнце. И люди идут.
Идут, не зная, что им суждено идти всю жизнь. Идти, теряя надежду и обретая вновь. Они идут. И жизнь идет вместе с ними. Люди стареют, теряют силы, не могут остановиться. Многие из них спрыгнут, другие – сорвутся, третьих – спихнут. и им придется выбирать себе смерть. Одна стена убивает сразу, другая мучает много лет. И рано или поздно люди касаются одной из стен. Мало тех, кто выбирает быструю смерть. И на что надеются выбирающие медленно мучающую стену? Отодвинуть смерть можно, но избежать ее нельзя. Никак. Это закон.
А иногда люди доходят. И оказываются в долине своей мечты. Испытание подходит к концу, кончается раз и навсегда. Вот только и жизнь тоже кончается. Одновременно с концом переправы. Но то, что люди видят перед смертью, видимо, стоит того, чтобы идти всю жизнь. Значит, все-таки, мост – это жизнь.
Я тоже иду по этой нити. Идти тяжело, но можно. Конечно, можно ускориться – спрыгнуть и разом решить все проблемы, схватившись за одну из стен. Но я боюсь высоты. И выбора тоже боюсь. Одна стена похожа на лед, медленная, мучительная, другая – на огонь, быстрая, но мучительная так же. Что выбрать? Вмерзнуть в ледяную глыбу и ждать, пока разум покинет меня, или лучше сгореть на костре, чтобы ветер разметал мой пепел? Нет, не хочу я выбирать. И не буду. Поэтому дойду. Интересно, что там, на другом конце моста? Жизнь – переправа. Каждый человек хоть раз в жизни задается этим глупым вопросом: зачем? Ответ – на конце нити. Что происходит с теми, кто доходит? достигают ли они того, зачем они шли? Ради чего они шли? Никто не расскажет, потому что нет оттуда дороги назад. С того конца ниточного мостика никто не возвращался. Никогда. Поэтому все приходится выяснять самостоятельно. И я иду. Иду, чтобы дойти и узнать. Порой кажется, что игра не стоит свеч. И тут же смотришь вниз. Одна стена – будто пламя, вторая – словно лед. Прыгать? Ну уж нет! Нет, я дойду. Если не скинут вниз, если не оступлюсь. По крайней мере, сама я не прыгну. Боюсь. А повернуть назад нельзя. Никак.
Жизнь – переправа. Мы спешим по заветной нити, теряя постепенно надежду и жизнь, утрачивая веру в то, что сможем узнать самое главное – цель. А есть ли она, цель? Скорее всего, нет. Но это нужно узнать. Очень нужно.
Нить. Люди. Много людей. Им хочется узнать все. Им нужно дойти. Им нужно жить. Очень-очень. Жизнь – переправа. Пройти. Наверное, это и есть смысл жизни. Пройти до конца. До победного. Переправа – это совсем просто. есть лишь одно правило – идти вперед. Люди быстро этому учатся. А потом идут, потому что надо дойти. Очень-очень.
Глупые люди! А если в конце нити – пусто? Что тогда весь ваш жизненный путь? К чему тогда идти всю жизнь? Сколько стоит тогда ваша переправа? Хотя… может быть, в этом и есть весь смысл. Идти всю жизнь, совершенствоваться и узнавать новое, прийти ко всему самостоятельно и все познать своим умом, не надеясь на тайное знание другого берега. Всю жизнь с опаской и с надеждой думаешь, что там, на другой стороне. Может, ничего. Ну и что? Жизнь-то есть. И есть нить. Значит, нужно идти.
Переправа-переправа, берег левый, берег правый…


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:33
Сообщение #6


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


ОТ КОГО ТЫ УХОДИШЬ, МОЙ СОН, НЕУЖЕЛИ ОТ СМЕРТИ СВОЕЙ?
(Статья в газету "Зеркала", №7 (2002 г.))

Когда Кэрри ушла из дому, я не придала тому ни малейшего значения – она достаточно сильна, чтобы жить самостоятельно. И, в конце концов, из наших многие уходили. И возвращались. Те, кто был глуп, даже они понимали, что это невыгодно – жить одному, когда о тебе не заботятся, не тратят на тебя деньги (ведь тебе самому они достаются так тяжело, и их так мало). Но Кэрри не вернулась. О ее уходе говорили по телевизору, и все бы ничего, но журналисты почему-то придали особое значение музыке, которую она слушала. Но только они ничего в этом не понимают – они решили, что музыка ХИМ’а могла вскружить голову Кэрри и ее дружку. Но стоило мне взглянуть на ее фото в гриме, как я узнала ее. Кэрри – одна из самых известных суицидниц в окрестностях. Она мало значения придавала рокопопсу, потому что слушала настоящую музыку. Как и мы все. Она без труда могла поймать крысу и свернуть ей голову, просто для собственного удовольствия. А они говорят про какой-то ХИМ!
Но ее уход стал не просто выражением ее воли. Тем самым она напустила на нас всех этих журналистов. На нас началась охота. Каждый теперь с удовольствием поместил бы в эфир интервью с человеком, который, как и Кэрри, слушал «ужасную сатанинскую музыку», который больше всего на свете любит запах крови и все время представляет себе, как умрет. А при этом у него есть родственники, которые ничего не замечают. Отличная тема для каких-нибудь «Окон», не так ли?
А мы теперь должны быть осторожнее во всем. Сначала на нас началась охота по школе – искали тех, у кого слишком много шрамов, кто слишком мрачен, кто говорит, на их взгляд, если и вздор, то удивительно зловеще и серьезно. Но через это мы смогли перешагнуть. Шрамов у нас практически не остается, а изменить поведение на выражение безграничной любви к миру и друг к другу нам ничего не стоило. Но теперь сложнее. Кажется, весь мир следит за нами теперь. Иногда мне представляется, что родители Кэрри приходят ко мне и начинают вопить, что это я «забрала их любимую маленькую девочку». Ох, если бы они хоть раз видели, что вытворяет эта «маленькая девочка»!
Я почти не знала Кэрри, видела ее раз, ну, может быть, два. На какой-то массовой встрече, слишком массовой, чтобы кого-то запомнить. В нашей среде Кэрри появилась недавно, это ее дружок привел ее к нам. А его, между прочим, привел мой ученик. Это было ошибкой, и я помню, как жестоко наказала его. И он, надеюсь, тоже помнит. Нельзя приводить к нам тех, кто слишком слаб душой. Мы воспитываем настоящих людей, не воинов, которые побеждают все, а людей, которые не собираются ни с кем сражаться. Ненавидящих одинаково и Бога, и Дьявола. Уважающих смерть, но не боящихся ее. Сильных, очень сильных. Людей будущего? Huhuhuh. Конечно, нет. В будущем люди исчезнут. Их место займут звери, в которых постепенно превратятся люди. Идет деградация. Мы можем приостановить это в себе, но не в других. А кому мы будем нужны в мире, основанном на инстинктах и рефлексах? Но нам все равно. Мы не собираемся влиять на людей. Они гниют потому, что они этого хотят, и мы не только не желаем, мы просто не в праве вмешиваться в их дела. А может быть, презрев борьбу, на которой строится мир, мы выбрали ошибочный путь. Но если даже и так, он должен нас вывести хоть куда-то. А люди уже давно ходят по кругу.
Девочка Кэрри своим поступком заставила нас пересмотреть наши взгляды. Девочка? Кэрри была как раз моей ровесницей. Но мне почему-то кажется, что я гораздо старше и опытнее ее, потому что я стараюсь совершать разумные поступки. Или вовсе их не совершать. Не нужно учиться на своих ошибках – нужно с самого начала не совершать их, вот и все. Тогда к тебе будут относиться с уважением. Так к боксеру, который ни разу не потерпел поражения, относятся с большим уважением, нежели к тому, который, проиграв хоть раз, одержал намного больше побед. У нас никто не стремится всколыхнуть мир, никто не пытается влиять на других, потому что мы уже поняли бессмысленность этих действий, а вовсе не потому, что не можем этого сделать. А Кэрри, малышка Кэрри, она так и не поняла этого. И, наверное, уже не поймет.
Я говорю о ней в прошедшем времени, хотя, может быть, она еще жива. Она, может, уже идет домой. Когда она вернется, мне сообщат об этом. Но о девушке, пусть даже она ушла со своим парнем, о девушке, покинувшей родной порог более двух недель назад и не появившейся на вписках в черте области, остается только говорить в прошедшем времени. Оно сможет стать настоящим лишь тогда, когда она вернется. Но для нас она, похоже, потеряна навсегда.
Их парочка была слишком глупа и слишком замкнута. Им мешало отсутствие всякого желания познавать новое. Они считали, что все мы, и они тоже – зло. Но это очень глупо – считать злом себя самого. Мы лишь в шутку иногда зовем себя так, но отлично понимаем, что нет ни абсолютного зла, ни абсолютного добра. Вот почему мы не верим Богу – он должен быть добром, но и в нем живет частичка Дьявола, потому что и Дьявол – это тоже он сам. А значит, он такой же, как мы – серый ангел, добро и зло, Свет и Тьма. А значит, он не выше нас. Мы не верим Богу, но это не значит, что мы не верим в него. Да, изначально мы ударялись во всякую ерунду: атеизм, анархизм, сатанизм. Чушь! Теперь наша религия – религия души человеческой. И так смеют говорить люди, которые слушают эту «ужасную сатанинскую музыку», в текстах которой живет гибель, разложение, гниение. Все это – неизбежно, а потому это так же естественно, как жизнь. Да, в текстах многих групп, которые мы слушаем, по сто раз за пять минут повторяется слово «сатана» и еще чаще выражение «отыметь божью матерь». Но глупо не понимать, что те, кто писал эти тексты – норвежские язычники. Язычники! И плевали они с одинаковым отвращением на все религии. В этих текстах – отстраненность, отрешенность. Главный их смысл сводится к одному – презри все мирское. И главное – ту борьбу с самим собой, которую люди ставят во главе своих целей.
Но Кэрри и ее наивный друг не поняли этого, искали во всем этом какой-то другой, более приближенный к ним смысл. Переводили тексты всех песен, которые попадались им в руки. Для чего? Чтобы уйти из дому? Глупцы! Уход из дома ничего не может доказать другим, кроме твоей собственной слабости. Ты соглашаешься записать тебе поражение. Технический нокаут. Зато теперь, стоит им вернуться, как они получат от родственников, друзей, знакомых массовое промывание мозгов. Это одно из самых неприятных чувств – стоять и терпеть, когда тебя отчитывают люди, для которых нет ничего святого. У которых в жизни нет ничего – одни миражи, призрачные истины, догмы, которые никто не желает опровергнуть. И они доказывают тебе, что ты не прав. Но у них это не получается. Потому что они сами прекрасно понимают, что пытаются убедить тебя в том, во что не верят сами.
Мы же никогда не пытаемся противостоять их слепому поклонению собственному прошлому. Что ж, многие люди – куклы, просто куклы. Интересно, в чьих руках? Скорее всего, ни в чьих. Их создавали для достижения каких-то целей, а потом, видимо, поняли, что для этого они либо слишком глупы, либо слишком самостоятельны. Вы знаете, к каким последствиям может привести инициатива в тандеме с глупостью? Это поистине ужасно. Поэтому мы сторонимся людей, которые слишком активны. Чем менее активен человек, тем больше он думает, а следовательно, он менее опасен, потому как может рано или поздно осознать себя. А люди, напротив, предпочитают тех, кто слишком любопытен и общителен. Именно эти люди на виду у всех. Но они не сливки, а отбросы общества, только само общество не понимает этого. Мы, впрочем, кажемся им гораздо хуже, чем мы есть. Посещение нами кладбищ приводит их в ужас и в бешенство. Они скорее признают, что мы служим сатане или еще кому-нибудь, чем предположат, что мы ходим туда для самоочищения, для размышлений о том, какой хрупкой, в сущности, является наша жизнь. Сегодня есть – завтра тебя нет. У нас даже есть маленький кодекс чести, касающийся смерти. Например, если кто-то из нас умрет, нам нельзя плакать на его похоронах. Это очень логично. Каждый человек хочет, чтобы его вспомнили добрым словом, выпили за него на поминках и сказали бы: «Он был хорошим человеком и прожил достойную жизнь». Но, наверное, никто не хотел бы, чтобы близкие ему люди терзали себя, страдали, плакали. Человек хочет своим друзьям и родным счастья, но своей смертью неминуемо несет им лишь горечь и боль. И нужно переступить через это. На похоронах принято плакать, принято скорбеть, хотя люди и верят в то, что после смерти человек попадает на небеса. Тогда зачем страдать? Ведь человек, умирая, по их логике, становился счастливым!
Можно часами бродить среди могил, читать имена на памятниках, вглядываясь в выцветшие портреты – портреты целых эпох. Кладбище – это наша история. Здесь только можно понять вечность. Поверить в бессмертие. Почувствовать себя частичкой своей эпохи и представить, что рано или поздно окажешься здесь, аккуратно вписанный в историю. Другие люди пройдут мимо, и что-то в твоем черно-белом лике заставит их удивленно вскинуть брови. Кто-то подойдет к твоей могиле, сотрет с нее пыль и прочтет твое имя и годы жизни. Долго будет вглядываться в твое лицо, будто замечая в нем что-то до боли знакомое – частичку самого себя. И может быть, он даже выпьет на твоей могиле, может быть, приведет целую компанию, и они споют что-нибудь. Это не осквернение твоей могилы. Это их причащение. Они будто на миг коснутся вечности, а потом на них неожиданно накинется печаль, светлая и красивая. Кладбище никогда не было вместилищем боли, ужаса и жестокости. Это место, где многие люди нашли упокоение. Безграничное спокойствие. Сон после долгого тяжелого дня. «Думать о смерти так спокойно», – возмущаются люди. Но они ничего не понимают. Они думают, мы желаем смерти. Нет, более всего на свете мы не хотим умирать. Но мы не скованы страхом перед ней, а потому наша жизнь проще и спокойнее, чем их.
На самом деле, они даже не понимают того, что мы – не другие. Мы такие же, как они – люди. Наши предки были людьми. Все. И мы родились точно такими же, как тысячи детей. Они видят в нас безумие. Только безумец может попирать извечными законами жизни. Только безумец может опровергать то, что люди познавали веками. Такими безумцами были Коперник, Да Винчи и другие. А еще большими безумцами были те, кто им не поверил. Ведь они оказались правы, отчего же мы не можем оказаться правыми? Другие времена. Все давно открыто, все давно известно, этот мир не хранит больше тайн. А как же главная тайна – жизнь? Не смерть является предметом нашего изучения. Когда мы есть, смерти нет, а когда она есть – нет нас. Так стоит ли пытаться познать ее? Куда более полезным оказалось бы познать саму суть человеческой жизни. Что мы и пытаемся сделать. А люди не хотят это понимать, закрывают глаза руками, чтобы не видеть этого.
Глупо, как все в их жизни.
Естественно, как все в нашей.
У них – жизни. У нас – жизнь. Немножко разные понятия, не так ли?
P. S. Не уходите из дому, прошу вас, если вы хоть чего-то стоите! Если вы хоть что-то поняли. Я сама еще не все поняла, что написала с такой легкостью. Но теперь я буду думать. Долго-долго-долго. Может быть, целую вечность.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:36
Сообщение #7


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


ПЛАЧУЩИЕ СТАТУИ

1. ГОРОД.

(Первая глава несостоявшейся книги, 2003 год)


Город устал от дождя. Город уснул, и он был рад, что, наконец, может просохнуть от слез. Кто угодно устанет плакать через пять дней. И смотреть на слезы. Сколько сможете вы вытерпеть слезы любимого человека? А город любил небо. И ему было тяжело, потому что он никак не мог небу помочь. Город не мог рассеять тучи, город не мог создать нужный ветер…
Если честно, никто не может создать ветер. Все ветры давно уже созданы, и теперь они летают по земле, от одного края и до другого. Где-то за краем, возможно, вообще нет ветров, потому что все они там, где живут люди. Ветер нельзя изменить, нельзя создать или уничтожить. Но его можно позвать. И город звал.
Но ветер не приходил, и город сам хотел пролить слезы. Но камни не умеют плакать. Камни – бесчувственные, холодные, грубые. И из этих камней строили замки, храмы с резными колоннами, делали статуи – плачущие девушки, ангелы с поднятыми к небу глазами, юноши, одетые в дубовые листочки, танцующие пары, лебеди с тонкими изогнутыми шеями… Все это вместе – дома, замки, статуи, храмы – и было Городом. Город строили люди.
Людей город не любил. Не ясно, как можно не любить того, кто тебя создал, однако, у города были на то причины. Город, построенный людьми, был холодным и бесчувственным. Город был в понимании людей вампиром – мертвецом, имеющим будущее длиной в целою вечность. И город быстро смекнул, что вампиром быть не так уж плохо. И он пил человеческие жизни, пил их радость, пил их горе… они, сами того не понимая, без памяти влюблялись в город, и не могли без него жить. Люди уезжали, но рано или поздно возвращались назад. Они называли это ностальгией и любовью к родине. На самом же деле, они всего лишь хотели вновь подставить свои чувства кровожадному городу, а он, в свою очередь, не возражал.
На улицах города, как паразиты, копошились самые разные люди – старики и дети, воры и пьяницы, торгаши и солдаты. На улицы города выползали тысячи людей, но ни один из них не был ни однозначно хорошим, ни однозначно плохим. Они все были серыми – плохими и хорошими, злыми и добрыми, и все их положительные и отрицательные качества были перемешаны, и они сами не понимали, где плюс, а где минус. Или не хотели понимать. Так или иначе, город людей не любил. Люди делали вид, что любят город, но эта была простая привязанность, как собачка привязывается к своему хозяину. Но одни люди строили город, чистили его и сажали в нем деревья, в то время как другие разрушали город, засоряли его и рубили деревья. А городу было очень больно. Что бы вы сказали, если бы вам все время отрывали руку, а потом пришивали бы на место? Город страдал, город мечтал, чтобы у него была душа, чтобы он мог плакать… Но камни не умеют плакать.
Люди жили в городе, но как только на город спускалась ночь, окутывая его теплым одеялом, приближая к нему любимое небо в нарядном платье… как только становилось темно, люди запирались в домах, замках, различных тавернах и ночлежках. Люди могли делать все, что угодно, но они крайне редко выходили на улицу. На улицах города ночью было темно. В редких окнах горел свет, но в большинстве окон шторы были задернуты. И на улицы города выходили его братья.
Вампиры ничем не отличались от людей. Они честно подкарауливали отбросы общества – пьянчуг, убийц, воров, ночных бабочек… Они не прятались от людей, потому что были гораздо сильнее. Но они не хотели убивать тех, кто может еще послужить городу, их брату по крови. Ночь для них была родной сестрой, и город радостно принимал капли крови, упавшие случайно на камни мостовой. Вампиры были добрее к городу, чем люди. Тем более что они, как и он, воспринимали людей как пищу. Все людские потуги быть значимыми, открыть что-то новое, понять смысл жизни смешили их. Они были гораздо образованнее людей, знали больше. Им пришлось пройти через такие испытания, что теперь их опыт был бесценен.
Иногда в город приходили эльфы. Они больше не воевали с людьми, чтили мирный договор, и приходили исключительно для торговли и развлечений. Эльфы были несколько ниже людей, а ушки их были остренькими и длинными. Такие уши, казалось, все слышат, собирают информацию. Походили эльфы на вражеских лазутчиков, и потому город их не любил не меньше, чем людей. Эльфы, правда, никогда не разрушали город, не бросали на землю мусор, не блевали на мостовые, не рубили деревьев и не мочились на заборы. Этим они были гораздо лучше людей. И город открывал перед ними ворота.
Эльфы, которые посещали в город, были двух видов – светлые, которые приходили из лесов, и темные, которые выползали из подземелья. Светлые эльфы были все до одного светловолосыми и голубоглазыми. Именно они были отражением тех дивных эльфов, о которых люди слагали легенды. Лесные эльфы торговали на городском рынке разными статуэтками удивительно тонкой работы, луками и стрелами, мечами и мифриловыми кольчугами. Иногда кольчуги были сделаны из орихалка, но шли они по обычной цене, потому что люди не верили в существование божественного металла, а сами эльфы эти кольчуги носить не могли из-за их тяжести. Вот и приходилось выдавать их за обычные. Эльфийки редко торговали побрякушками, зато часто торговали собой. Не так, как людские девушки, а открыто, среди бела дня. Все равно других способов заработать у них не было. А после того, как Властелин захватил их земли, им приходиться жить по законам рыночной торговли. Теперь все за деньги. Еще светлые эльфы делали лучшее во всей Нарэнне вино. Это их и спасало от бедности.
Темные эльфы были чуть выше лесных, кожа их отливала лиловым, а волосы их были снежно-белыми. В государстве темных эльфов был матриархат, поэтому эльфийки были одеты в шикарные открытые наряды и всегда носили при себе оружие, а вот мужское населенье подземелий выглядело рядом со жрицами Ллотх крайне бедно и неубедительно. Эльфийки приходили в город, чтобы позабавиться, посетить театр, танцы, купить оружие и наряды. Иногда – чтобы завести мимолетный роман с каким-нибудь вампиром (не просто так, а для улучшения крови). Мужчины же торговали на рынке, играли в казино, нанимались на работу. Продавали темные эльфы различные артефакты, магические книги, оружие, змей, яды, лекарства, рабов и наркотики. Конечно, наркотики их не походили на коноплю или мак – ничего подобного под землей не вырастишь. Потому для людей наркотики эти не годились – уж очень быстро люди умирали. А вампиры могли спокойно выпить их кровь, потому как на них наркотик действия не оказывал. Создавалось это вещество при помощи магии и предназначалось для лесных эльфов, гномов и прочей нечисти. Темные эльфы с презрением относились к городу, потому что сами они из камня дома не стоили, а красоту видели вовсе не в фонтанчиках, фронтончиках и прочей гадости. Ангелочки, цветочки – фи! Это все нисколько не привлекало темных эльфов, которые видели прекрасное в жестокости и смерти. Город не обижался на подземных эльфов, потому что сам считал все эти архитектурные излишества глупыми и ненужными.
Очень редко в город прилетали ангелы. Они, как и эльфы, были двух видов – просто ангелы, божьи создания, чудесные бесполые существа с белыми крыльями, и Ангелы Смерти – прекрасные девушки с вечно молодой серой кожей и черными крыльями, привлекательные юноши с грустными глазами и такими же крыльями. Ангелы Смерти были воинами почетного корпуса Властелина. Они были профессиональными убийцами, способными не только к магии, но и к перестроению собственного организма. Обычные ангелы приходили в город просто посмотреть, что там твориться, тогда как Ангелы Смерти появлялись в городе для выполнения своего предназначения – для убийства. Правда, иногда и они посещали город для развлечения – также принимали участие в активной городской жизни. Ангелов Смерти город побаивался, но им он и то доверял больше, чем людям. А светлых ангелов он пускал внутрь с удовольствием – ему нравилось наблюдать за этими созданиями, не знающими греха. Иногда ангелам так нравилась городская жизнь, что они придавались пороку, из-за чего навсегда изгонялись с небес. Падшие ангелы обретали человеческую плоть, но не теряли крыльев. У людей и других гуманоидов к ним сложилось противоречивое отношение, однако, они их понимали. Поэтому считали своими, стараясь не замечать крыльев за спиной. Город сочувствовал тем, кто был на высоте, а оказался на самом дне. Ему было грустно смотреть на падших ангелов. Он даже поплакал бы над их судьбами, если бы камни умели плакать.
Еще в город приходили гномы, предлагая на рынках свои изделия, драгоценные камни и всякую всячину. Устраивали на город набеги и орки, которые разрушали строения, грабили людей, убивали их… но всегда проигрывали, потому что все жители и гости города объединялись перед общей опасностью. А город после этих стычек долго зализывал раны. Ему хотелось выть, но завывать могут лишь волки да ветры. А камни и плакать-то не умеют.
Иногда в городе происходило какое-нибудь событие, например, рыцарский турнир, который вправе была устроить любая девушка, эльфийка, даже вампирша или Ангел Смерти. А уж бороться за нее или нет, рыцари решали сами. Турниры, как правило, состояли не только из банальной конной драки. Также соревнующиеся должны были сочинить даме серенаду и исполнить ее на конкурсе бардов. Потом рыцари стреляли из лука, бегали, принимали участие в скачках. В общем, турнир был чем-то похож на симбиоз спортивных соревнований и конкурса красоты. По окончанию турнира, если дама была не против, устраивали шумную свадьбу. Свадьбы город любил, потому что в этот день его украли цветами, так, что он начинал походить на прекрасный весенний сад. Улицы заполняла праздничная музыка, смех и ржание лошадей. И город отдыхал, празднуя это событие вместе со всеми.
Еще в городе были праздники, которые отмечались каждый год – годовщина заключения договора – Перемирие, день рождения города – День Города, день памяти усопших – День Духов. А еще был Праздник Общей Беды. Праздновался он в последний четверг месяца. В этот день люди вспоминали все беды, все проблемы, которые мешали им жить в течение месяца. Люди жгли огромные костры, пели песни, исполняли дикие пляски. В этот день все люди, эльфы, вампиры, гномы выходили на улицу. Это был действительно Общий праздник. И что-то в нем такое было, похожее на безысходность, на отчаянье. Но людям казалось, что таким образом они избавляются от проблем. И возможно, они были правы.
Город устал ото всех его жителей и гостей. Он устал от дождя, от существования без права на жизнь, на участие во всем, за чем он так пристально наблюдает. И наблюдать ему тоже осточертело. И его уже с каждым годом все меньше волновали события, происходящие на его узеньких улочках и широких проспектах.
И конечно, никого не волновало то, что в дебрях этих каменных джунглей появились те, кто должны были изменить привычную жизнь. Навсегда. Полностью. Если бы город заинтересовался тогда, откуда появляются в городе странные существа – дети вампиров и Ангелов Смерти, то, возможно, узнал бы про тайный договор между этими расами. Договор о совместном завоевании мира.
Дети рождались бескрылыми, но запросто могли принять форму совершенно любого существа или предмета, имели предрасположенность к магии и серую кожу. Кроме того, у них были бездонные черные глаза, вечная жизнь (именно жизнь, ведь в отличие от вампиров они не были мертвыми) и вечный голод. Эти малышки пили кровь. И не знали, для чего же они появились на свет. Всего их было шестеро – три девочки и три мальчика. Они росли точно так же, как и другие дети, а потом стали такими же подростками. Никто не открывал им их способностей – они должны были сделать все открытия сами.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:38
Сообщение #8


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


ДОМОЙ!..

(Набросок, старыЙ, кажется, 2004 год...)

Туда, где сердце колотится с бешеной силой, понимая, что оно приближается к истокам, к самому заветному, к самому тайному, самому желанному…
Туда, где ласковой кошкой урчит унитаз, где из крана течет (вы не поверите!) горячая вода, а в комнате стоят блага цивилизации вроде телевизора и компьютера…
Туда, где можно просто так целый день валяться на диване с книжкой, и никто не заставит тебя пошевелиться…
Туда, где друзья будут звонить каждый день, чтобы узнать, как у тебя дела, и похвастаться, насколько все хорошо у них, или же, наоборот, поделиться своим горем…
Туда, где будильник не звенит в восемь, а завтрак наступает тогда, когда ты проснулся, а не тогда, когда открывается столовая…
Туда, где не нужно никому ничего объяснять, где можно просто жить своей жизнью…
Я возвращаюсь в город. Домой. О, сладкое слово «дом»!..

Оттуда, где каждое утро начинается с зарядки и гадкой холодной манной каши с комками, а продолжается баскетболом, теннисом, плаваньем, бегом, бадминтоном и другими видами весьма активного отдыха…
Оттуда, где обед лучше отдать врагу, а весь вечер сидишь и думаешь, чем заняться, и в результате все равно не находишь ничего лучше, чем попытаться завоевать мир…
Оттуда, где дикая природа через забор, где в какую сторону ни иди, все равно придешь к природе…
Оттуда, где воздух чистый и прозрачный, а вода рыжая от масла водных мотоциклов, где оводы и пауты любят тебя больше других…
Оттуда, где вечером горит костер, где льются песни под гитару, где ты читаешь свои стихи, а потом долго-долго говоришь с теми, кто сидит у огня, о жизни, о смерти, о вечности…
Оттуда, где спишь по три часа в день, но не устаешь жить, просто жить своей жизнью…
Я возвращаюсь в город. Конец лета. О, славное время года лето!..

«…Домой, домой, пора домой!»
«…А снится нам трава, трава у дома…»
«…Я объявляю свой дом…»

Стук сердца. Слезы на глазах. Прощание с друзьями. Прощание с небом, водой и землей. Прощание с прошлым. Прощание с тем, чего не было и с тем, чего не будет. Прощание с мечтами. Истерический смех. Боль. Радость. Истома. Запах травы. Запах пыли. Звон. Жужжание мухи. Рев мотора. Музыка из наушников. Несколько метров пленки. Метров жизни. Звуков прошедшего лета. Сотня фотографий. Сотня ушедших мгновений, навсегда застывших, умерших. Так кладут в альбом мертвую бабочку. Мертвую, но красивую. Красивую в воспоминаниях о ее жизни. Желтый. Зеленый. Хруст костяшек. Боль. Радость. Суета. Сумки, сумки, сумки… Тяжесть ненужных вещей. Легкая сумка с книгами. Такая ноша не тянет. Знания. Сила. Звон. Зелень. Взор. Взгляд. Радость. Истома. Мышечная боль. Мокрые руки. Чистые руки. Новая страница. Действительно ли она чистая? В клеточку. Пиши новую жизнь. Но в определенных рамках. По линеечке. Как хочешь, но в разумных переделах. Ком в горле. Грусть. Ностальгия.

«А все-таки жаль, что кончилось лето, кончилось лето…»
«Лето – это маленькая жизнь…»

Дороги, дороги, дороги… колеса крутятся, крутятся, крутятся. Сила трения качения. Колесо вращается по синусоиде. Скорость сто км/ч. Оптимальная по затратам бензина – девяносто. В окно задувает ветерок. Слабый. Слишком слабый.
Пути, дороги, кто мы на них, простые ли путники, или следопыты? Что ищем мы и не можем найти? Города и страны, моря и океаны, небеса, глаза, роса… слеза… Но все равно, рано или поздно возвращаешься назад. Сладкое слово – дом.

Я вернулась. Я дома. Яд о ма. Ть. О, мать ..! Яд… до. М. Мод. А. Мода. Дома. ДОМА! Мешаю маленькой серебряной ложечкой в кружке зеленый китайский чай, пытаюсь размешать его, сладкое слово – дом. И чай становится слаще.


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 20 November 2005, 19:49
Сообщение #9


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


КАК ВЕСЕЛО ПРОВЕСТИ ВРЕМЯ В КИНО.

Этап первый. Выбор фильма.
1) Выберите фильм американского производства - он гарантированно тупее, и вы получите больше удовольствия от его просмотра.
2) Если вы любите комедии, то, скорее всего, вам подойдет психологический триллер, фильм ужасов или мелодрама - как известно, это самые смешные жанры американского кино.
3) Фильм должен идти не менее двух часов, иначе вы не успеете как следует повеселиться (или выспаться).
Этап второй. Итак, выбор сделан. Теперь предстоит подготовка к посещению кинотеатра.
1) Купите бутылку водки. Не пейте ее.
2) Купите пива. Пару бутылок можете выпить заранее.
3) Обязательно купите попкорн!
4) Приобретите бумажные конфетти.
5) Оденьтесь как можно веселее: во все черное, можно, чтобы где-то ненароком изображался череп или крест.
6) Возьмите с собой котенка. В крайнем случае - крысу.
Этап третий. Итак, вы в зале.
1) Приготовьтесь к тому, что первые полчаса вам будут показывать только рекламу. Поэтому можете пока выпить водки.
2) Когда в фильме будет эффектная пауза, осторожно положите бутылку на ступеньки и толкните ее. Когда она со звоном покатится, это будет еще более эффектно.
3) Когда в фильме будет что-то страшное, по мнению его создателей, или что-то неприличное, или что-то неприятное, демонстративно закройте котенку/крысе глаза рукой и шепчите: "Спокойно, маленький, тихо… тебе на это лучше не смотреть".
4) Сделайте салют из попкорна.
5) Когда попкорн кончится, сделайте салют из конфетти.
6) Наигранно вытирайте со щек несуществующие слезы, а с губ - существующее пиво.
7) Обернитесь к тому, кто сидит за вами, и спросите: "Че ты пялишься на меня?". Чтобы он ни ответил, продолжайте гнуть свою линию: "А ну отвернись! Ишь ты, зенки выпучил…". Продолжайте так, пока он не выйдет из зала.
8) Вы сидите в первом ряду? Вам невероятно повезло. Вскочите со своего места в тот момент, когда в фильме будет происходить эротическая сцена, и собой закройте все самое интересное. Можете еще прокричать что-нибудь типа: "Люди, побойтесь Бога! Как вам всем не стыдно?". Ненависть всего зала вам обеспечена.
9) Тыкайте вашего соседа пальцем в бок, а когда он на вас посмотрит - отворачивайтесь. Если через двадцать минут он все еще будет в зале, заметьте как бы между прочим: "У вас железные нервы".
10) Рядом с вами сидит существо противоположного пола? Вам очень-очень повезло. В какой-нибудь страшный момент фильма начните прятать лицо в ее/его волосах или уткнитесь ей/ему в плечо. На вопрос: зачем вы это делаете, отвечайте, что вам очень страшно. Как правило, она/он окажет вам сочувствие и, может быть, даже больше, но, скорее всего, только после фильма.
11) В самый важный эпизод фильма достаньте из карманов всю мелочь и сделайте салют из нее. Вот увидите, фильм был никому не интересен.
12) В конце фильма не забудь встать, поклониться залу и сказать: "Спасибо за внимание, мой следующий фильм выходит в ноябре".
И еще несколько советов.
1) Ходите на один и тот же фильм по нескольку раз и комментируйте каждое действие за миг до того, как оно произойдет.
2) Получайте удовольствие от любого фильма!


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post
Tariel
сообщение 30 November 2005, 17:18
Сообщение #10


мечтательница...
*****

Группа: Местный
Сообщений: 1 076
Регистрация: 19.5.2004
Из: Екб/СПб
Пользователь №: 4 493



Репутация:   2  


Неужели ни у кого сил не хватает прочитать?.. или написать хоть строчечку... чтобы я хотя бы знала, что кто-то прочитал и, может быть, что кому-то что-то приглянулось...


--------------------
Go to the top of the page
Вставить ник
+Quote Post

13 страниц V   1 2 3 > » 
Reply to this topicStart new topic

 



Текстовая версия Сейчас: 27 June 2017, 4:57Дизайн IPB
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru