Итак, хочется узнать ваше отношение к таким поэтам как Илья Маслов, Николай Федоров и другим русским патриотам. Для затравки кину пару стихотворений.

Илья Маслов

Песнь Победителя

Звенит струна над стихшим полем брани,
Идут по кругу пенные рога:
Плач, недруг Россов! Дерзкие славяне
Опять повергли своего врага!

Они смеются: «Русские ублюдки!
Вам ли, рабам, нас в битве победить!»
А мы-молчим, испытывая луки,
В труде не забывая меч точить.

Они, бахвалясь, нас собой стращая,
Гоняют свои рати на парад,
А мы, скалой над миром нависая,
Без лишних слов храним места засад.

Они грозят с Заката и Восхода:
«Ужо побьем мы русских дикарей!»
А нам для счастья нужно лишь Свободы
В великой бесконечности полей.

Но стоит им, уверенным в победе,
На нас своей ордою налететь…
Пусть помнят: Россы не боятся Смерти,
И потому – осилят даже Смерть!

Закон наш – Труд,но вольный, а не рабский,
И алый Жизни цвет – наш родовой,
И Верность – долг не приказной, а братский,
И бой за Русь – для нас священный бой!

Мы высимся неведомым колоссом
И чтим суровых северных Богов.
Дрожи пред гневом внуков Солнца – Россов!
Уйди с дорог воинственных родов!

Звенит струна, звенят мечи на тризне –
Врагу ль понять ярь воинских забав?
Славянский витязь мир несет Отчизне,
Венчающей его венком душистых трав.


Варяг и Валькирия

«И вот померк в моих глазах весь белый свет,
И я упал, меч грудью вражий встретив.
И битвы шум затих, и жизни больше нет,
И твое имя я шепну, чтоб слышал ветер…»

«А я ждала тебя из края вод седых,
Смотрела вдаль с утеса над фиордом.
Десятерым хватило б дел твоих,
И я тебя люблю – живым и мертвым…»

«Драккара скрипов не услышу в тишине,
Рукой секиру больше не держать мне.
Мой в погребальном кончен путь костре,
Меня проводят, вскинув руки, братья…»

«А мне сквозь ветер голос слышен твой,
И эхо битвы грянуло о скалы.
Там, высоко, вновь встречусь я с тобой –
В великолепной ясности Вальхаллы…»

«Любимая! Прости меня, но я –
Я предпочел быть мертвым, но не сдаться,
И в той дали, где радуга – дуга,
Печально остается мне скитаться…»

«Любимый! Будет твой гордиться сын,
Что был отец бесстрашен, был героем,
А я найду небесных средь долин
Тебя, и воскрешу своей любовью…»




В этом месте может быть ваша реклама могуть быть высокохудожественные, истинно талантливые стихи русских патриотов

А что именно Вас интересует? Отношение к форме или содержанию? Мне, впрочем, не нравится ни то ни другое. В первых двух сплошные глагольные рифмы, например. Про Буданова вообще советую убрать с форума.

Мда. Рфмы типа друзья-моя, это просто какое-то ё-моё.

Проникновенное заключение

просто поражает по всем параметрам
- рифме (она ведь тут подразумевается, правда?)
- чудесной стилистике, отслающей, в недавнее коммунистическое прошлое нашей страны
- смысловой нагрузке, которая, конечно, та же что и во всем стихотворении, но от этого не менее тошно.
В последнем с размером что-то странное, но по смылу тот же тошнотик...

В общем, по качеству это на добротное стихосложение не катит никак, тоесть остается в своей агит-категории. Оттуда вообще мало кто выбирается (хотя, конечно, Маяковского, к примеру, забывать не стоит).

Эх, господа, ну неужели Вам мало Общих тем и Истории ... почему еще и в Поэзии непременно нужно устраивать политические разборки? Ладно, Ракот Вам судья ( ) Только я хочу сразу предупредить, что тема будет жестко модерироваться, и при первом же намеке на ругань или оффтоп тереть буду беспощадно Надеюсь, что никто из нас не забудет, что раздел Поэзия предназначен для обсуждения стихов.

Далее, собственно о стихах.

Должна заметить, что до сих пор отношения к поименованным Вами авторам у меня не было никакого, потому что я познакомилась с их творчеством буквально только что Посему суждение будет относительно беспристрастным. Что до технической стороны - стихи довольно слабые. Рифмы оччччень хромают. К примеру "победе - смерти", колоссом - россов", встретив - ветер", "тишине - костре", "но я - дуга", "героем - любовью" и так далее. Также, сильно хромает ритм. Что касается стороны творческой - это уже более субъективно... однако ИМХО, если в первых двух стихотворениях наличествует хотя бы попытка использовать богатый русский язык по назначению , то вторые два с позволения сказать произведения я бы даже не рискнула назвать поэзией. Собственно, об этих двух последних стихах - вынуждена констатировать, что они попадают под статью о постах, содержащих призывы к национальной розне и дискриминацию по национальному признаку. Милорд Pradd-88, придется их убрать. Вы справитесь сами или помочь? В качестве жеста доброй воли советую заменить на другие образчики подобного творчества, по возможности более высокого художественного содержания.

Однако, если подходить к обсуждению темы более широко, я хочу сказать, что мне очень нравятся стихи некоторых русских патриотов. Особенно я люблю творчество таких русских патриотов, как Пушкин, Лермонтов, Ахматова, Цветаева, Есенин, Гумилев, Высоцкий и некоторых других

Если уж полно подходить, то Есенин в боьльшей степени является патриотом России чем выше перечисленные господа, только вот тема такая-то есть. Зачем же ее повторять?



Согласитесь, задумка ведь неплохая, а вот исполнение увы подкачало... Про рифмы я тоже молчу. В большинстве своем очень нескладно... Насчет стихотворения про Буданова, так это вообще по-моему песня, поэтому и в завершении такое странное ломание ритма....

Признаюсь, что стихи сужу по принципу "цепляет - не цепляет", то есть сказать, что я хотя бы минимально разбираюсь в стихосложении нельзя. Тем не менее, раз уж предложено высказываться...
В стиле причитаний и заламываний рук по поводу судьбы русской нации очень хочется сказать, что будущее народа, героями которого считаются военные преступники, справедливо мотающие срок в тюрьме, выглядит весьма незавидным.

А в чем проблема-то? Таких типа поэтов по московским редакциям ходит видимо-невидимо. Вы бы еще Марину Струкову проицитировали! Или открыли бы тему Поэзия газеты "Завтра".
Нет темы для разговора.
Ну ма-аленький оф-топ! Однажды я придумала теория, что Музы сейчас частично поменяли свою специализацию. В частности, муза Полигимния сейчас покровительствует тем, кто пишет стихи о политике. И вот не люблю я тех, кто приносит жертвы Полигимнии, хоть тресни!

Незачем, естественно. Но Вы ведь хотели обсудить творчество русских патриотов, а не я. Так давайте обсуждать. Вот Владимир Семенович Высоцкий - чем не патриот (о нем кстати, тоже есть отдельный трэд)? Он любил родину сильно и глубоко, без дурацкого пафоса и агрессии, осознавая ее сильные и слабые стороны - и при этом он не зацикливался на национальной идее. И - главное - он писал очень хорошие, очень талантливые стихи и песни. Да и в произведениях Есенина я тоже не встречала оскорблений в адрес представителей других наций. А Вы?
Был еще такой поэт и исполнитель Игорь Тальков - он написал очень много вещей на патриотическую тематику. Мне они нравились, я искренне горевала, когда его не стало. Еще я очень люблю и коллекционирую белогвардейские романсы, и подлинные, и написанные позднее под влиянием того периода. Так что, к Вашей теме можно вспомнить и отнести очень и очень многое... В связи с этим вопрос - почему Вы выложили именно эти вещи, если сами ясно осознаете их низкий художественный уровень? Ведь данная тема предоставляет такой простор для поиска и взаимообмена действительно хорошими стихотворениями. Зачем же выкладывать то, чему место скорее в соседнем трэде имени капитана Лебядкина? Если Вы на самом деле цените национальную идею - неужели Вам не приходит в голову, что подобные вещи ее только дискредитируют? К слову, излишняя агрессия - она ведь не от любви к родине бывает, а скорее от комплекса неполноценности.

Что касаемо Талькова:
Видимо сатана владеет непосредственно Землей. Я еще не понял почему, но уверен, что в 17-м году над Россией взошла Люциферова звезда, и дьявол начал править бал на Русской земле.
Все наши властители, начиная с Ленина, безусловно, его слуги.

Россия
Листая старую тетрадь
Расстрелянного генерала,
Я тщетно силился понять,
Как ты смогла себя отдать
На растерзание вандалам.
Из мрачной глубины веков
Ты поднималась исполином,
Твой Петербург мирил врагов
Высокой доблестью полков
В век золотой Екатерины.
Россия...

Священной музыкой времен
Над златоглавою Москвою
Струился колокольный звон,
Но даже самый тихий, он
Кому-то не давал покоя.
А золотые купола
Кому-то черный глаз слепили:
Ты раздражала силы зла
И, видно, так доняла,
Что ослепить тебя решили.
Россия...

Разверзлись с треском небеса,
И с визгом ринулись оттуда
Срубая головы церквям
И славя красного царя,
Новоявленные иуды.
Тебя связали кумачом
И опустили на колени,
Сверкнул топор над палачом,
А приговор тебе прочел
Кровавый царь - великий...гений.
Россия...

Листая старую тетрадь
Расстрелянного генерала,
Я тщетно силился понять,
Как ты смогла себя отдать
На растерзание вандалам.
О, генеральская тетрадь,
Забитой правды возрожденье,
Как тяжело тебя читать
Обманутому поколенью.
Россия!!!

Прадд
Я понимаю, что тема была создана не дял обсуждения стихов, как таковых, а из провакационных соображений, но все-таки. может вы как-то отреагируете на то. что вам про стихи написали?
Напишите-объясните мне непонятливой, где тут можно усмотреть литературную и\или поэтическую ценность.

Заранее спасибо.

Практика показала, что произошло в точности то же, что и всегда, напрасно я надеялась, что в данном случае участники темы смогут удержаться от перехода на личности. В общем, для начала, я почистила тему от всего, что не относится непосредственно к обсуждению стихов. Нашу с Вами, господин Pradd-88 душевную беседу, я переношу в приват, где и отвечу на все Ваши претензии. В дальнейшем, если удаление оффтопов станет отнимать слишком много моего драгоценного времени, я могу огорчиться и с горя удалить саму тему Это было бы жаль, потому что с моей точки зрения данная тема интересна, если дать себе труд абстрагироваться от политической составляющей.

Однако, Вы, Pradd-88, не ответили на мой вопрос, поэтому я его повторяю: почему Вы выложили в данном трэде произведения, художественный уровень которых Вы сами определяете, как низкий? Как Вы полагаете, положа руку на сердце - подобные вещи приносят столь ценимой Вами национальной идее пользу или вред?

Что касается Талькова, мне нравится его песня "Бывший подъесаул", она много ближе по духу и содержанию к той тематике, которой я увлекаюсь. А выложу-ка я ее...

БЫВШИЙ ПОДЪЕСАУЛ

Бывший подъесаул
Уходил воевать,
На проклятье отца
И молчание брата
Он ответил "Так надо,
Но вам не понять",-
Тихо обнял жену
И добавил: "Так надо!"
Он вскочил на коня
Проскакал полверсты,
Но как вкопанный встал
У речного затона,
И река приняла
Ордена и кресты,
И накрыла волна
Золотые погоны.
Ветер сильно подул,
Вздыбил водную гладь,
Зашумела листва,
Встрепенулась природа,
И услышал казак:
"Ты идёшь воевать
За народную власть
Со своим же народом!"
Он встряхнул головой
И молитву прочёл
И коню до костей
Шпоры врезал с досады,
Конь шарахнулся так,
Как от ладана чёрт,
От затона, где в ил
Оседали награды.

И носило его
По родной стороне,
Где леса и поля
Превратились в плацдармы...
Бывший подъесаул
Преуспел в той войне
И закончил её
На посту командарма.

Но Природа мудра!
И Всевышнего глаз
Видит каждый наш шаг
На тернистой дороге.
Наступает момент,
Когда каждый из нас
У последней черты
Вспоминает о Боге!

Вспомнил и командарм
О проклятье отца
И как Божий наказ
У реки не послушал,
Когда щёлкнул затвор...
И девять граммов свинца
Отпустили на суд
Его грешную душу.

А затон всё хранит
В глубине ордена,
И вросли в берега
Золотые погоны
На года, на века,
На все времена
Непорушенной памятью
Тихого Дона.

На года, на века,
На все времена
Непорушенной памятью
Тихого Дона.

Русские Плачи

На лесные урочища,
На степные берлоги
Шли Олеговы полчища
по немирной дороге.
И на мор этот глядючи,
В окаянном бессильи,
В голос плакали вятичи,
Что не стало России ...
Ах, Россиия, Расея! -
Ни конца, ни спасенья.

и живые и мертвые,
Все молчат, как немые.
Мы, Иваны Четвертые -
Место Лобное в мыле!
Лишь босой да уродливый,
Рот беззубый разиня,
Плакал в церкви юродивый,
Что пропала Россия!
Ах, Россия, Расея -
Все пророки босые!

Горькой горестью мечены
Наши беды и плачи -
От Петровкой неметчины
До нагайки казачьей!
птица вещая, троечка,
Тряска вечная, чертова!
как же стала ты, троечка
Чрезвычайкой в Лефортово!
Ах, Россия, Расея -
Чем пожар не веселье!?

Что ни год - лихолетье,
Что ни враль- то Мессия!
плачет тысячелетие
По России - Россия!
Плачет в бунте и в скушности,
А попробуй, спроси:
Да была ль она, в сущности
Эта Русь на Руси?

Эта, с щедрыми нивами,
Эта, в пене сирени.
где родятся счастливыми
и отходят в смиреньи.
Где как лебеди девицы,
где под ласковым небом
каждый с каждым поделится
Добрым словом и хлебом.

Листья капают с деревца
В безмятежные воды,
И кружат, как метелица
Над землей хороводы,
А за прялкой беседы,
На крыльце полосатом
Старики домоседы
Знай дымят самосадом...
Осень золотом набрана,
Как икона в оклад ..

... Значит, все это наврано!!?
лишь бы в рифму, да в лад!!
чтоб, как птицы на дереве
затихали в грозу
Чтоб не знали, но верили!
И роняли слезу,
Уродилась, проказница!
весь бы свет ей крушить!
Согрешивши - покаяться
и опять согрешить!
барам в ноженьки кланяться,
бить челом палачу ...
Не хочу с тобой каяться!!!
И грешить - не хочу!
переполнена скверною,
От покрышки до дна!

...

Но ведь где-то, наверное
Существует - Она?!
Та - с привольными нивами
Та - в кипеньи сирени.
Где родятся счастливыми
И отходят в смиреньи
Где как лебеди девицы
где под ласковым небом
каждый с каждым поделится
Божьим словом и хлебом!

птица вещая, троечка!
Буйный свист под крылом.
Птица, искорка, точечка
В бездорожьи глухом.
Я молю тебя, выдюжи!
будь и в тленьи - живой.
Чтоб хоть в сердце, как в Китеже
Слышать благовест твой.


Александр Галич.

* * *

В чистом поле - дожди косые.
Эй, нищета - за душой ни копья!
Я не знал, где я, где Россия.
A куда же я без нея?

Только время знобит, колотит.
Кто за всех, если дух - на двух?
В третьей роте без крайней плоти
Безымянный поет петух.

Не умею ковать железо я -
Ох, до носу ль мне черный дым!
На второй мировой поэзии
Призван годным и рядовым.

В чистом поле - дожди косые,
Да нет ни пропасти, ни коня.
Я не знал, как любить Россию,
А куда ж она без меня?

И можно песенку прожить иначе,
Можно ниточку оборвать.
Только вырастет новый мальчик
За меня, гада, воевать.

Так слушай, как же нам всем не стыдно?
Эй, ап - спасите ваши души!
Знаешь, стыдно, когда не видно
Что услышал все, что слушал.
Мне очень стыдно, когда не видно,
Что услышал все, что слушал.

Стань живым - доживешь до смерти.
Гляди в омут и верь судьбе -
Как записке в пустом конверте,
Адресованной сам себе.

Там, где ночь разотрёт тревога,
Там, где станет невмоготу -
Вот туда тебе и дорога,
Наверстаешь свою версту.

В чёрных пятнах родимой злости -
Грех обиженным дуракам.
А деньги - что ж, это те же гвозди,
И так же тянутся к нашим рукам.

Но я разгадан своей тетрадкой -
Топором меня в рот рубить!
Эх, вот так вот прижмет рогаткой -
И любить или не любить!

А тех, кто знает, жалеть не надо.
А кровь - она ох, красна на миру!
Пожалейте сестру, как брата -
Я прошу вас, а то помру.

А с любовью - да Бог с ней, с милой...
Потому как виновен я.
А по мне не скули, помилуй,
Плачь по всем, плачь "аллилуйя"!

На фронтах мировой поэзии
Люди честные - все святы.
Я не знал, где искать Россию,
А Россия есть "Росс" и ты.

И я готов на любую дыбу.
Подними меня, милая, ох!
Я за все говорю - спасибо.
Ох, спаси меня, спаси, Бог!

В чистом поле - дожди косые.
Да мне не нужно ни щита, ни копья.
Я увидел тебя, Россия.
А теперь посмотри, где я.

© Александр Башлачёв

А я, если позволите, выложу одну вещь Владимира Семеновича Высоцкого, который тоже был патриот... и гений Признаться, эта песня уже звучала в его, собственно, теме, но я позволю себе продублировать ее здесь, потому что ТАК написать о родине... в общем, внемлите

У этой вещи двойное название, ее называют "Купола" или "Песня о России"

Как засмотрится мне нынче, как задышится?
Воздух крут перед грозой, крут да вязок.
Что споется мне сегодня, что услышится?
Птицы вещие поют - да все из сказок.

Птица Сирин мне радостно скалится -
Веселит, зазывает из гнезд,
А напротив - тоскует-печалится,
Травит душу чудной Алконост.

Словно семь заветных струн
Зазвенели в свой черед -
Это птица Гамаюн
Надежду подает!

В синем небе, колокольнями проколотом,-
Медный колокол, медный колокол -
То ль возрадовался, то ли осерчал...
Купола в России кроют чистым золотом -
Чтобы чаще Господь замечал.

Я стою, как перед вечною загадкою,
Пред великою да сказочной страною -
Перед солоно - да горько-кисло-сладкою,
Голубою, родниковою, ржаною.

Грязью чавкая жирной да ржавою,
Вязнут лошади по стремена,
Но влекут меня сонной державою,
Что раскисла, опухла от сна.

Словно семь богатых лун
На пути моем встает -
То мне птица Гамаюн
Надежду подает!

Душу, сбитую утратами да тратами,
Душу, стертую перекатами,-
Если до крови лоскут истончал,-
Залатаю золотыми я заплатами -
Чтобы чаще Господь замечал!

БЕССМЕРТНЫЙ КУЗЬМИН

"Отечество нам Царское Село..."
А.Пушкин

"Эх, яблочко, куды котишься..."
Песня

Покатились всячины и разности,
Поднялось неладное со дна!
- Граждане, Отечество в опасности!
Граждане, Отечество в опасности!
Граждане, Гражданская война!

Был май без края и конца,
Жестокая весна!
И младший брат, сбежав с крыльца,
Сказал: "Моя вина!"
И камнем в омут ледяной
Упали те слова.
На брата брат идет войной,
Но шелестит над их виной
Забвенья трын-трава!..

...А Кузьмин Кузьма Кузьмич выпил рюмку
"хлебного",
А потом Кузьма Кузьмич закусил севрюжкою,
А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою,
Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными,
Что, как истый патриот, верный сын Отечества,
Он обязан известить власти предержащие ...

А где вы шли, там дождь свинца,
И смерть, и дело дрянь!
... Летела с тополей пыльца
На бронзовую длань.
Там, в Царскосельской тишине,
У брега сонных вод...
И нет как нет конца войне,
И скоро мой черед!

... Было небо в голубиной ясности,
Но сердца от холода свело:
- Граждане, Отечество в опасности!
Граждане, Отечество в опасности!
Танки входят в Царское Село!

А чья вина? Ничья вина!
Не верь ничьей вине,
Когда по всей земле война,
И вся земля в огне!

Пришла война -- моя вина,
И вот за ту вину
Меня песочит старшина,
Чтоб понимал войну.

Меня готовит старшина
В грядущие бои.
И сто смертей сулит война,
Моя война, моя вина,
И сто смертей мои!

...А Кузьмин Кузьма Кузьмич выпил стопку чистого,
А потом Кузьма Кузьмич закусил огурчиком,
А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою,
Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными,
Что, как истый патриот, верный сын Отечества,
Он обязан известить дорогие "органы"...

А где мы шли, там дождь свинца,
И смерть, и дело дрянь!
... Летела с тополей пыльца
На бронзовую длань,
У Царскосельского дворца,
У оскверненных вод ...
И нет как нет войне конца,
И скоро - твой черед!

Снова, снова - громом среди праздности,
Комом в горле, пулею в стволе -
- Граждане, Отечество в опасности!
Граждане, Отечество в опасности!
Наши танки на чужой земле!

Вопят прохвосты-петухи,
Что виноватых нет,
Но за вранье и за грехи
Тебе держать ответ!
За каждый шаг и каждый сбой
Тебе держать ответ!!
А если нет, так черт с тобой,
На нет и спроса нет!
Тогда опейся допьяна
Похлебкою вранья,
И пусть опять - моя вина,
Моя вина, моя война,
И смерть опять моя!


...А Кузьмин Кузьма Кузьмич хлопнул сто
"молдавского",
А потом Кузьма Кузьмич, закусил селедочкой,
А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою,
Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными,
Что, как истый патриот, верный сын Отечества,
Он обязан известить всех, кому положено...

И не поймешь, кого казним,
Кому поем хвалу?!
Идет Кузьма Кузьмич Кузьмин
По Царскому Селу!

В прозрачный вечер у дворца -
Покой и тишина.
И с тополей летит пыльца
На шляпу Кузьмина...


Александр Галич.

Гражданская Оборона
Государство

Ржавый бункер - моя свобода

Сладкий пряник засох давно

Сапогом моего народа

Старшина тормозит говно


Запрятанный за углом

Убитый помойным ведром

Добровольно ушедший в подвал

Заранее обречённый на полнейший провал

Я убил в себе государство.

Убил в себе государство.

Бессловесные в мире брани
Зрячий в мире пустых глазниц
Балансирующий на грани
Меж параллелей густых ресниц.

Забытые за углом
Немые помойным ведром
Задроченные в подвал
Заранее обречённые на полный провал
Мы убили в себе государство.

Ржавый бункер - твоя свобода
Заколочена дверь крестом
Полну яму врагов народа
Я укрою сухим листом.

Запрятанный за углом
Убитый помойным ведром
Добровольно забытый в подвал
Заранее обречённый на полнейший провал
Убей в себе государство!

Ну раз уж мы от темы любви к родине как-то незаметно перекочевали к обсуждению государства ( ), позволю себе процитировать дядю Сашу, который некогда об этом пел. Вещь своеобразная... э-э-э... с художественной точки зрения ( ), да и не новая, но, впрочем, прямо в точку


Я РОДИНУ СВОЮ ЛЮБЛЮ


Под Курском соловьи поют,
В Москве зады, как прежде, лижут...
Я Родину люблю свою,
Но государство - ненавижу!

Везде ворьё, куда не плюнь,
И всяк из них летит "на царство"...
Я Родину свою люблю,
Но ненавижу государство!

Народу денег не дают,
Ракеты посылают к Марсу...
Я Родину свою люблю,
И ненавижу государство!

"Рублёвым" платят по рублю,
Зураб Россией не обижен...
Я Родину свою люблю,
А государство - ненавижу!

От "левой" водки все блюют,
В больницу - с собственным лекарством...
Я Родину свою люблю,
Но ненавижу государство!

Нам мир навешал столько плюх!
"Спартак" в газетах круче "Барса"...
Я Родину свою люблю,
Но ненавижу государство!

Немцов "курчавит" по Кремлю,
Ефимыча в упор не вижу,
Поскольку Родину люблю,
А государство ненавижу!

В себе желание давлю
Купить шале вблизи Парижа.
Я государство ненавижу,
Но очень Родину люблю!

(с) Александр Розенбаум

Ой, а я совсем не очень этого дядю Сашу, можно я "Алису" выложу тогда уж?

* * *

Звездопад дорог от зарниц.
Грозы седлают коней,
Но над землёй тихо льется покой монастырей.
А поверх седых облаков
Синь, соколиная высь.
Здесь, под покровом небес
Мы родились.

След оленя лижет мороз,
Гонит добычу весь день,
Но стужу держит в узде дым деревень.
Намела сугробов пурга,
Дочь белозубой зимы
Здесь, в окоёме снегов
Выросли мы.

Нас точит семя орды,
Нас гнет ярмо басурман,
Но в наших венах кипит небо славян.
И от Чудских берегов
До ледяной Колымы
Всё это - наша земля, всё это - мы.

А за бугром куют топоры,
Буйные головы сечь.
Но инородцам кольчугой звенит русская речь.
И от перелеска до звёзд
Высится белая рать.
Здесь, на родной стороне,
Нам помирать.

Нас точит семя орды,
Нас гнет ярмо басурман,
Но в наших венах кипит небо славян.
И от Чудских берегов
До ледяной Колымы
Всё это - наша земля, всё это - мы.

© Константин Кинчев

Эхх... да трудно в России быть патриотом. У нас их расстреливать любят уже помянутые здесь "слуги Люцифера". А надо, чёрт возьми, всё равно надо.

Знакомый всем поклонникам группы Мельница текст :

Ах, иначе в былые года
Колдовала земля с небесами,
Дива дивные зрелись тогда,
Чуда чудные деялись сами.

Позабыв Золотую Орду,
Пестрый грохот равнины китайской,
Змей крылатый в пустынном саду
Часто прятался полночью майской.

Только девушки видеть луну
Выходили походкою статной,
Он подхватывал быстро одну,
И взмывал, и стремился обратно.

Как сверкал, как слепил и горел
Медный панцирь под хищной луною,
Как серебряным звоном летел
Мерный клекот над Русью лесною:

"Я красавиц таких, лебедей,
С белизною такою молочной,
Не встречал никогда и нигде,
Ни в заморской стране, ни в восточной;

Но еще ни одна не была
Во дворце моем пышном, в Лагоре -
Умирают в пути, и тела
Я бросаю в Каспийское море.

Спать на дне, средь чудовищ морских,
Почему им, безумным, дороже,
Чем в могучих объятьях моих
На торжественном княжеском ложе?

И порой мне завидна судьба
Парня с белой пастушеской дудкой
На лугу, где девичья гурьба
Так довольна его прибауткой..."

Эти крики заслыша, Вольга
Выходил и поглядывал хмуро;
Надевал тетиву на рога
Беловежского старого тура.

Николай Степанович Гумилёв. Воевал в Первую Мировую, воевал так, что "святой Георгий тронул дважды пулей нетронутую грудь..." Внёс огромный вклад в культуру Серебряного Века русской поэзии. Отец выдающего русского учёного Льва Николаевича Гумилёва. Будучи дворянином, хотя и незнатного рода, не покинул страну после революции, работал, писал стихи, помогал друзьям. Расстрелян в 1921 году по подложному делу об антибольшевистском заговоре. Но несмотря на это, сейчас его стихи становятся песнями.
Слава Богу.

А мне очень нравится стихотворение великого русского поэта и патриота своей страни Михаила Юрьевича Лермонтова.

Прощай, немытая Россия,
Страна рабов, страна господ,
И вы, мундиры голубые,
И ты, им преданный народ .

Быть может, за стеной Кавказа
Сокроюсь от твоих пашей,
От их всевидящего глаза,
От их всеслышащих ушей.

Вроде воинствующие националисты затихли... Тогда я и сюда залезу с КСПней

О, мой пресветлый отчий край!
О, голоса его и звоны!
В какую высь ни залетай,
Все над тобой его иконы.

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье.

Какой покой в его лесах,
Как в них черны и влажны реки!
Какие храмы в небесах
Над ним возведены навеки!

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье.

Я - как скрещенье многих дней,
И слышу я в лугах росистых
И голоса моих друзей,
И голоса с небес российских.

И происходит торжество
В его лесах, в его колосьях.
Мне вечно слышится его
Многоголосье...

(с) Юрий Визбор, 1978

Ну, а я залезу сами-знаете-с-чем... С другой песней.

РОДИНА

Словом не кривить,
Ладить напрямик,
Песнями латать
Души горемык,

Сердце сокрушать,
Как луну заря,
Научи меня
Родина моя.

Крест не уронить,
Гнуться, но держать,
А коли уронил,
Так суметь поднять,
Да ценить тепло
Твоего огня,
Научи меня
Родина моя.

Через дожди, через вату туч
Льются на землю твои лучи,
Так свистопляс городов
Милует трепет свечи.
Так сквозь асфальт колосится жизнь,
Так сквозь столетия звенит Завет:
Там, где кончается мир -
Начинается Свет.

Правдой дорожить,
Злу не потакать,
Дальних не судить,
Ближним помогать,
С тишиной сойтись
На исходе дня,
Научи меня
Родина моя.

Через дожди, через вату туч
Льются на землю твои лучи,
Так свистопляс городов
Милует трепет свечи.
Так сквозь асфальт колосится жизнь,
Так сквозь столетия звенит Завет:
Там, где кончается мир -
Начинается Свет.

© "Алиса"




ЗЫ Батенька перплексист, а батенька перплексист! СлабО стих перплексический сюда написать?

А разве они тут были?
Что Вы, у нас тут народ-то какой - мирный да душевный

Эх, Фикус вот говорит, что дядю Сашу не очень того... а мне некоторые его песни вполне даже ничего Эта, например:

ДЕКАБРИСТСКИЙ СОН

Я проснулся вчера не в квартире пустой,
Сладкий сон оказался недлинным.
Зимний ветер свистел за сырою стеной
Алексеевского равелина.

Гулким эхом шаги караульных в ночи
Заунывную песню мне пели,
И дрожал огонек одинокой свечи
На распахнутых крыльях шинелей.

И, уткнувшись в прославленный невский гранит
Лбом горячим, закашлялся криком:
"Сколько наших крестов по России стоит,
Ну а сколько могил позабытых?!"

Барабанная дробь, и солдаты мои
На плацу зазвенели штыками.
Захлебнувшись в петле, оборвался мотив...
И осталась лишь вечная память...

Метелью белою, сапогами по морде нам.
Что же ты сделала со всеми нами, Родина?
Может, не видишь? Да не слепая ты, вроде бы,
Родина, Родина, Родина, Родина...

А. Розенбаум

Я вот люблю эту песню. Вполне себе патриотичная...

КОЛОКОЛЕНКА

На горе на горушке стоит колоколенка,
А с неї по полюшку лупит пулемёт,
И лежит на полюшке сапогами к солнышку
С растакой-то матерью наш геройский взвод.

Мы землицу хапаем скрючеными пальцами.
Пули как воробушки плещутся в пыли...
Митрия Горохова да сержанта Мохова
Эти вот воробушки взяли да нашли.

Тут старшой Крупенников говорит мне тоненько,
Чтоб я принял смертушку за чесной народ,
Чтоб на колоколенке захлебнулся кровушкой
Растакой, разэтакий этот сукин кот.

Я к своей винтовочке крепко штык прилаживал,
За сапог засовывал старенкий наган.
"Славу" третей степени да медаль отважную
С левой клал сторонушки глубоко в карман.

Мне сухарик подали, мне чинарик бросили,
Мне старшой Крупенников фляжку опростал.
Я еї испробовал, вспомнил маму родную
И по полю полюшку быстро побежал.

А на колоколенке сукин кот занервничал,
Стал меня выцеливать, чтоб наверняка.
Да видать, сориночка, малая песчиночка
В глаз попала лютому, дїрнулась рука.

Я винтовку выронил да упал за камушек,
Чтоб подумал вражина, будто зацепил.
Да он видать был стреляный - сразу не поверил мне
И по камню-камушку длинно засадил.

Да, видно, не судьба была пули мне отпробовать...
Сам старшой Крупенников встал как на парад.
Сразу с колоколенки, весело чирикая,
В грудь слетели пташечки, бросили назад.

Горочки-пригорочки, башни-колоколенки...
Что кому достанется, чей теперь черёд?
Рана незажитая, память неубитая,
Солнышко, да полюшко, да геройский взвод.

© Леонид Сергеев

ЗЫ А дядю Сашу Розенбаума не того, совсем не того...

Да... Вениамин, цепляет. А Леонид Сергеев, он что вообще пишет? Это песня или стих?

Это песня. Могу ссылку на тексты прислать через личку, если интересуетесь.

В соседнем трэде, где авторская песня, тоже его песня лежит. Я её как бы посвящаю реформаторам и революционерам всея Литфорума - и даже батеньке перплексисту, ищущему перевернуть отечественное стихосложение и сделать его стиховычитанием. От себя лично - поскольку вечно стою я в стороне, не хотя ни правым быть, ни левым, но с вниманием слежу за событиями, как и герой той песни, и всех отчаянно люблю, как и он. Да и хороший алкоголь под хороший разговор - пуркуа бы па?

А эту песню, про взвод, хорошо поёт один мой друг и очень хороший человек. От него и знаю. За душу берёт, это верно.

Вот ещё. Тоже Леонид Сергеев.

НОЧНАЯ ПЕСНЯ

А когда затихают, наконец, города,
Умостившись в ладонях своих площадей,
В полусонной ночи возникает звезда
И глядит неотрывно на планету людей,
И тогда собираются звуки земли -
От шуршанья корней - до дрожанья цветов,
От шептанья волны на прибрежной мели -
До молчанья не сказанных вовремя слов,
Собираются звуки разбитых сердец,
Боль непонятых мольб, стоны сладостных мук,
И шипенье металла, который кузнец
Превращает в булат, отпуская во тьму.
Барабаны дождя, флейты тихой слезы,
И последнее "Ах!" новогодних шаров,
Легкий треск пролетевшей куда-то грозы,
Да протяжное пенье акынов-ветров,
Звуки царственных рыб, что волнуют пруды,
И хлопки парусов кругосветных людей,
Собираются звуки - и летят до звезды,
Что глядит неотрывно на планету людей...

...В небеса путь далёк. Наступает рассвет,
Восходящее солнце сжигает мосты,
И уж нет той звезды. Да и был только след,
Угадавший сюда с неземной высоты,
И, неясно волнуют иные миры,
По вселенной блуждает негромкий клубок,
От весенней листвы - до осенней коры,
От звучания слов - до биения строк.

© Леонид Сергеев

Детский, патриотический стих:
***
Мы в стране совецкой нашей
Родились, тут и жывём
Всё прекраснее и краше
Жизь людей здесь с каждым днём!

Будем крепко мы трудиться,
Потрудившись - отдыхать,
Сонце весело искрится,
Детям весело играть!

Как приятно, что пришлось нам
Здесь родиться, тут, в стране,
Каждый в серце своём носит
Очень пламенный привет!!!
***
(с)МВК

А я стих Александра Левина сюда, ланно? Ежели не всем патриотам понравится - ну что ж, "проблема смешного" и её последствия верно были Умкой обрисованы...

* * *

Когда труба трубит над родиной,
когда гроза гремит над родиной,
и тьма сгущается над родиной,
и газ кончается в трубе,
встаёт начальник нашей родины
и замначальник нашей родины,
замзамначальник нашей родины –
и вызывают нас к себе.

На этот зов без промедления
бежит начальник отделения
и командир подразделения,
и комендант, и адъютант,
бежит куратор направления,
и первый зам по усилению,
а представитель населения
несет уместный транспарант.

Бежит начальник кавалерии,
за ним начальник артиллерии,
за ним начальник бухгалтерии
очаровательный главбух,
за ней начальник канцелярии,
за ним толпой парламентарии,
а следом дети и аграрии
довольно весело бегут.

Бежит командующий армией,
бежит заведующий кадрами,
бежит заведующий вёдрами,
совками, шваброй и метлой.
Бежит директор департамента
бежит помощник по регламенту,
спецпредставитель по парламенту
и губернаторы толпой.

Бежит министр информации,
за ним министр навигации,
а там министр вакцинации
как лист осиновый дрожит…
Бежит главврач по санитарии,
бежит сенатор от Татарии,
бежит сенатор от Мордовии,
а не от счастия бежит.

Бежит владелец нефтепровода,
за ним владелец газопровода,
за ним владелец пивопровода
плетётся рысью как-нибудь,
бежит владелец санатория,
за ним владелец серпентария,
а следом дети и аграрии
бегуть, бегуть, бегуть, бегуть…

И тьма над родиной рассеется,
и в небе солнце заалеется,
и вся напасть преодолеется,
и снова газ пойдёт в трубу,
когда начальник нашей родины
и замначальник нашей родины
замзамначальник нашей родины
народ поднимут на борьбу!

© Александр Левин

...возстановлено:

Комсомольско- бытовой патриотический стих. (Но, лучше поётся хором, под хорал рок-оперы Иисус Христос- Суперстар)
***
В каждом сердце, словно в поле жито,
Коммунизма прорастает вновь,
В светлом доме радостного быта
Нас встречает дружба и любовь!

Год от года всё прекрасней люди,
Сердцем чище, разумом сильней,
Близок день, когда у нас не будет
Горьких судеб, сломанных семей!

Никогда такие не обманут,
Будут век в душе гореть, искрясь!
К ним, как к солнцу, сумрак не пристанет
Клевета и ненависть, и грязь

Ежли хочешь быть любви достоин,
Не жалей для Родины труда,
Будь ей верен, как присяге воин,
Принятый им раз и навсегда!..
***
ЗЫ:из официального издания, но автора, к сожалению, не помню

Чёрт, уж сдохло всё давно, и Ленин, и партия, и комсомол, но как - я - по-прежнему - ненавижу - эти вот комсомольско-бытовые. Именно за то, что бытовые. Как бытовой сифилис. Наизусть на пении в школе учили, радио на каую программу, кроме BBC и иже с ними, не включишь - их и услышишь.

Дайте я выложу песню тех, кто против, но не из тогда, а из сейчас. Вполне себе патриотическую.

ТАМ, ОТКУДА Я РОДОМ

Сегодня вновь предстоит умирать, а завтра снова придётся родиться,
Жить героически и побеждать, а может, прятаться и сторониться.
Я не знаю, каким он будет, завтрашний день, да и будет ли он вообще.
Ещё одного раздавило, размазав дерьмом по стене...

Солёный привкус пустых городов, микрорайоны могил,
Там, откуда я родом, земля превращается в ил.

Целомудренным выбором, залитованной совестью
Растворить одиночество в ржавой миске воспоминаний.
Продолжать наступление на невидимом фронте безумных побед и потерь.
Кайф давно весь прошел - и что же теперь?

Солёный привкус пустых городов, микрорайоны могил,
Там, откуда я родом, земля превращается в ил.

Развесёлая песенка про Вселенскую каторгу,
Про ничтожную искорку, про небесную патоку,
Про святой ненавязчивый повод стойко гнобиться и повторять про себя:
"Всё это не зря, всё это не зря..."

Солёный привкус пустых городов, микрорайоны могил,
Там, откуда я родом, земля превращается в ил.

© Ермен Анти и "Адаптация"

Сперва –коммент на сильно порадовавшую меня цитату из приводившейся здесь зело "патриотической" песни (я, честно говоря, так и не понял, это всерьез, или прикол такой?) Не-а, господа-товарисчи, Горизонт - это наше все, а у вас когда-то был Рубин, а что сейчас – не знаю, но уж точно не Горизонт.
Защитив национальное достояние, приведу теперь несколько текстов.


РОДИНА МОЯ
Я пробираюсь по осколкам детских грёз
В стране родной,
Где всё как будто происходит невсерьёз
Со мной.
Надо же было так устать,
Дотянуть до возраста Христа, Господи...
А вокруг, как на парад,
Вся страна шагает в ад
Широкой поступью.
Родина моя
Скорбна и нема...
Родина моя,
Ты сошла с ума.
В анабиозе доживает век Москва - дошла.
Над куполами Люцеферова звезда взошла,
Наблюдая свысока, как идёшь ты с молотка за пятак,
Как над гордостью твоей смеётся бывший твой халдей с Запада.
Родина моя
Скорбна и нема...
Родина моя,
Ты сошла с ума.
Восьмой десяток лет омывают не дожди твой крест,
То слёзы льют твои великие сыны
с небес,
Они взирают с облаков, как ты под игом дураков клонишься,
То запиваешь и грустишь, то голодаешь и молчишь, то молишься.
Родина моя
Скорбна и нема...
Родина моя,
Ты сошла с ума.
Родина моя
Скорбна и нема...
Родина моя,
Ты сошла с ума.

© Игорь Тальков


СТЕНКА

Вот и снова на потребе

Всё, от кистеня до петли.

И кликуши, как один — в стаи.

Вот опять в свинцовом небе

Алюминиевые журавли,

А мундиры и поля — крестами.

То ни маневрами не кличут, ни войной.

То за красной, за набыченной стеной

Пьют, воруют, лаются!

А Россия, как подстилка (не жена!),

И заложена, и перепродана,

Перед стенкой мается.

И опять у трона с ложкой

Весь антихристовый род —

Поживиться, пожидовиться, пожамкать.

Об Царь-пушку точат рожки,

Чтоб Царь-колокол — в расход! —

Не в своей стране, поди, не жалко.

Как проказа, как холера, как чума!

И Россия через то — хромым-хрома —

Мрёт, дерется, кается!

И война одна — как мать родна.

Кровку пьет, да всё не видит дна.

Да пред стенкой мается.

Отрыдают бабы в землю

Под салютные хлопки

И затянут на душе пояс.

И солдатик, что не внемлет,

Вознесется в ангелки

И прольет на Русь слезу-горесть.

А за стенкой на зачумленных балах

Помянут, да и запляшут на столах —

Сожрут, споют, сбратаются!

А Россия с голодухи вся бледна,

Присно крестному знамению верна,

Перед стенкой смается.

© Александр Новиков



КРАСНЫЕ И БЕЛЫЕ

Поделились и люто, и наспех,

И — в пучину без дна.

В поле поровну белых и красных,

А Россия — одна.

Шашки наголо, шпоры — с размаху,

Чья, выходит, права?

Покатилась крестами на плаху

Золоченая голова.

А с небес над простертым телом

Ангел черный на гуслях, чу:

“Не желаю быть красным, не желаю быть белым.

Россиянином, просто, хочу”.

Разлетелись улыбки в осколки

И собрались в оскал.

В поле красные, белые волки —

Злоба, боль и тоска!

Белой кости стена в эполетах.

Краснозвездая серость-стена.

Только кровь одинаковым цветом.

Да Россия одна.

А с небес над простертым телом

Ангел черный на гуслях, чу:

“Не желаю быть красным, не желаю быть белым.

Россиянином, просто, хочу”.

Слезы в нас раскаяния едки

И безмерна вина.

Два венца у гусарской рулетки,

А Россия — одна.

Мы носить не желаем в петлицах

Крови цвет, цвет бинта.

Огради впредь, Всевышний, делиться

На цвета, на цвета.

Нам с небес уже громогласно

Ангел мечется, голосит:

“Нет, не белый я!.. Нет, не красный!..

Россиянин я, аз еси…”.

© Александр Новиков



Ну и под конец – возможно не совсем в тему, но близко. автор, вообще-то, В.Оксиковский, но иначе, чем в исполнении Александра Малинина я эту песню не воспринимаю


МАХНО

- Что это за поле?
- Не знаю, мой атаман.
- А что это за город?
- Не знаю, мой атаман.
- А что это за люди?
- Смерть, мой атаман.


На сабле плясала слеза, а гусарский мундир
Весь в семечках, как хутора Малоросса.
"Айвенго" небритой братвою зачитан до дыр,
Храп лошадей, в траве муравьи, да осы.


Ты не пиши мне о любви,
Ведь сердце жжет воспоминанье.
Все наши детские страданья
Судьбою купаны в крови.

Оборвалась тугая нить,
Наш праздник так похож на траур.
И в лабиринтах Минотавра
Нам вечно суждено бродить.


И дернул же черт меня родиться в России!
То раболепствуем, то тихо бунтуем, болтуны, да ворье,
То каемся, то хлещем друг дружку, что есть силы,
То мировые проблемы решаем, а то воруем белье.


Ты не пиши мне о любви,
Ведь сердце жжет воспоминанье.
Все наши детские страданья
Судьбою купаны в крови.

Оборвалась тугая нить,
Наш праздник так похож на траур.
И в лабиринтах Минотавра
Нам вечно суждено бродить.


Гражданская подлая бойня без правил и взяток.
Рулетка раскручена, но шарик придет на zero.
За Родину горсть убирают, за свободу - десяток,
А вся остальная - война, для кого.

На сабле плясала слеза, а гусарский мундир
Весь в семечках, как хутора Малоросса.
"Айвенго" небритой братвою зачитан до дыр,
Храп лошадей, в траве муравьи, да осы.

*смахивая непрошеную ностальгическую слезу*

У нас был и "Темп", и "Рубин" - там сейчас Горбушка, любимое место, там музыку покупаю уж скока лет! И "Электрон" у нас был, и "Радуга", а "Горизонтом" вашим, тогда ещё не незалежным, приходилось мне и торговать на радиорынке в голодные постэволюционные годы, когда переводов не было, а лучшую половину и ребёнка кормить надо - ух холодно стоять было!.. А теперь у нас всё больше "соньки" и "филипки", ну, "самсунь-сам высунь" или "лыжи" на худой конец. То есть эти телеящики тоже производят, но вот кто их покупает - неведомо...

А вот и стих. Только не особенно люблю я это слово - патриот. Как там он поёт - "Патриот мне сказал - "Ты конченый тип", а нацист подтвердил и добавил: "Он жид"..." Я просто очень люблю свою страну. Не потому, что иных не знаю - а потому что люблю. Отнюдь, впрочем, не идеализируя.

СЛУЧАЙ В СИБИРИ

Пока пою, пока дышу, любви меняю кольца,
Я на груди своей ношу три звонких колокольца.
Они ведут меня вперёд и ведают дорожку.
Сработал их под Новый Год знакомый мастер Прошка.
Пока дышу, пока пою и пачкаю бумагу
Я слышу звон. На том стою. А там глядишь - и лягу.
Бог даст - на том и лягу.
К чему клоню? Да так, пустяк. Вошел и вышел случай.
Я был в Сибири. Был в гостях. В одной веселой куче.
Какие люди там живут! Как хорошо мне с ними!
А он... Не помню, как зовут. Я был не с ним. С другими.
А он мне - пей! - и жёг вином. - Кури! - и мы курили.
Потом на языке одном о разном говорили.
И он сказал: - Держу пари - похожи наши лица,
Но все же, что ни говори, я - здесь, а ты - в столице.
Он говорил, трещал по шву: мол, скучно жить в Сибири.
Вот в Ленинград или в Москву...
Он показал бы большинству
И в том и в этом мире.
- А здесь чего? Здесь только пьют.
Мечи для них бисЕры. Здесь даже бабы не дают.
Сплошной духовный неуют,
Коты, как кошки, серы.
- Здесь нет седла, один хомут.
Поговорить - да не с кем.
Ты зря приехал. Не поймут.
Не то, что там - на Невском.
- Ну как тут станешь знаменит -
Мечтал он сквозь отрыжку.
Да что там у тебя звенит?
- Какая мелочишка?
Пока я всё это терпел и не спускал ни слова,
Он взял гитару и запел. Пел за Гребенщикова.
Мне было жаль себя, Сибирь, гитару и Бориса.
Тем более, что на Оби мороз всегда за тридцать.
Потом окончил и сказал, что снег считает пылью.
Я встал и песне подвязал оборванные крылья.
И спел свою, сказав себе: - Держись! - играя кулаками.
А он сосал из меня жизнь глазами-слизняками.
Хвалил он: - Ловко врезал ты по ихней красной дате.
И начал вкручивать болты про то, что я - предатель.
Я сел, белее, чем снега. Я сразу онемел как мел.
Мне было стыдно, что я пел. За то, что он так понял.
Что смог дорисовать рога, что смог дорисовать рога
Он на моей иконе.
- Как трудно нам - тебе и мне - шептал он,
Жить в такой стране и при социализме.
Он истину топил в говне.
За клизмой ставил клизму.
Тяжелым запахом дыша,
Меня кусала злая вша.
Чужая тыловая вша.
Стучало в сердце. Звон в ушах.
- Да что там у тебя звенит?
И я сказал: - Душа звенит. Обычная душа.

- Ну ты даёшь... Ну ты даёшь!
Чем ей звенеть? Ну ты даёшь -
Ведь там одна утроба.
С тобой тут сам звенеть начнешь.
И я сказал: - Попробуй!
Ты не стесняйся. Оглянись. Такое наше дело.
Проснись. Да хорошо встряхнись. Да так, чтоб зазвенело.
Зачем живешь? Не сладко жить. И колбаса плохая.
Да разве можно не любить?
Вот эту бабу не любить, когда она такая!
Да разве ж можно не любить?
Да разве ж можно хаять?
Не говорил ему за строй. Ведь сам я - не в строю.
Да строй - не строй. Ты только строй. А не умеешь строить - пой.
А не поешь - тогда не плюй.
Я - не герой. Ты - не слепой.
Возьми страну свою.
Я первый раз сказал о том, мне было нелегко.
Но я ловил открытым ртом родное молоко.
И я припал к ее груди, я рвал зубами кольца.
Была дорожка впереди. Звенели колокольца.
Пока пою, пока дышу, дышу и душу не душу,
В себе я многое глушу. Чего б не смыть плевка?!
Но этого не выношу. И не стираю. И ношу.
И у любви своей прошу хоть каплю молока.

© Александр Башлачёв

Попробую и я выложить стихотворение из современной патриотической поэзии:
АРИЙЦЫ

Падали в полудни и в полночи
«Юнкерсы» и «Ястребки» —
Светлые кудри. Синие очи.
Арийские пареньки.

История ставит точки.
Смердит европейский тлен…
На синеньком скромном платочке —
Слезы Лили Марлен.

…Были корни их крепки и древни.
Были юные души просты.
По России — пусты деревни.
По Германии — души пусты.

Выпускали кишки друг дружке
Два народа, две соли земли,
Чтоб из глупой пластмассовой кружки
Толпы «Фанту» лакать могли,

Чтоб «Макдональдс» — духовным Гулагом,
Чтоб Майданеком — казино…
Звездной пылью с хозяйского флага
Все праотчее занесено.

Падали, как метеоры, сгорая,
Белого мира сыны.
Розовым деткам «земного рая»
Подвиги не нужны.

Ни Граалю нет места, ни Тайне,
Только желтый глумливый закат…
Ауфидерзейн, майне кляйне.
Соловьи, не тревожьте солдат.

Антон Васильев



С уважением Герул.

А я тоже здесь выложу песню. В качестве иллюстрации. Для одного коллеги по форуму...

Я ОСТАЮСЬ

А мы опять стоим, и в тpюме вода,
И ты опять твеpдишь, что надо бежать,
И ты опять твеpдишь, что надо тyда,
Где не качает, сyхо, и есть чем дышать,
Hо ведь и здесь есть шанс, пyскай один из дести,
Пyсть вpемя здесь впеpёд не мчится - ползёт,
И пyсть остаться здесь тpyдней, чем yйти,
Я все же веpю, что мне повезёт...

И я -
Я остаюсь,
Там, где мне хочется быть,
И пyсть я немного боюсь,
Hо я - я остаюсь,
Я остаюсь, чтобы жить!

Ты говоришь, что здесь достаточно зла,
И ты спешишь скорей отсюда уйти,
Ты говоришь, что мне неволя мила,
И свято веришь в правду другого пути,
Бежать и плыть, лететь, куда - всё равно,
Лишь бы туда, где нет и не было нас,
Ты говоришь, здесь всё погибло давно,
И слишком много чужих среди нас...

Hо я -
Я остаюсь,
Там, где мне хочется быть,
И пусть я немного боюсь,
Hо я, я, я остаюсь,
Я остаюсь, чтобы жить!
Я остаюсь!
Остаюсь!

Я здесь привык, хоть здесь я словно в строю,
Я вижу всё, хоть здесь и мало огней,
И на ногах я здесь так прочно стою,
А чтобы стоять, я должен держаться корней,
Я здесь привык, я здесь не так одинок,
Хоть иногда, но здесь я вижу своих,
Когда начнёт звенеть последний звонок,
Я буду здесь, если буду в живых...

Ведь я -
Я остаюсь,
Там, где мне хочется быть,
И пусть я немного боюсь,
Hо я, я остаюсь,
Я остаюсь, чтобы жить!
Я остаюсь!
Я остаюсь!

© Анатолий Крупнов и "чёрный Обелиск"

Очередной патриотический стих из восьмидесятых:

***
Сияет нам на небосводе
Пятиконечная звезда
Не знают слова "нет" в народе,
В народе знают слово "да"!

Мы все бойцы, бойцы прекрасных буден,
Мы в битвах славим бытиё,
Нам радостно, что путь наш труден -
куём отечество своё!

Мы серп и молот ввысь взметаем
Своей мозолистой рукой,
Всегда во всём мы побеждаем
И не желаем на покой!

А слово "нет!" мы вспоминаем,
Когда грозятся нам войной
Мы в мире мир иметь желаем
И нет позицыи иной!!!

***
©МВК

А мне вот комсольско-бытовые нравятся. Видимо из-за того, что не застал я те времена по хорошему. Да и за наивность и простоту текстов.
Кстати, спасибо г-же Фикус за нежно мною любимых Кинчева и СашБаша, прям даже и не знаю, чего теперь тут самому кинуть...
Кажется этого не было. Исполняет Чиж, автор слов Блантер М.:

Где ж вы где, где ж вы где ж вы очи каpие
Где ж ты мой pодимый кpай
Впеpеди стpана Болгаpия
Позади pека Дyнай

Много веpст в походах пpойдено
По земле и по воде
Hо Cоветской нашей Родины
Hе забыли мы нигде

И под звездами Балканскими
Вспоминаем неспpоста
Яpославские,pязанские
Да смоленские места

Вспоминаем очи каpие
Тихий голос звонкий смех
Хоpоша стpана Болгаpия
А Россия лyчше всех

И ишо вот.

Матушка Добрынюшке наказывала...


Матушка Добрынюшке наказывала,
Государыня Добрынюшке наговаривала:
- Ой ты сын мой любезный, свет Деменьтьевич,
Что повесил, кручинясь, буйну голову ?
Ты бы взял в свои ручки белые
Гусли звонкие, сладкогласные.
Стал бы петь да потряхивать кудрями,
Да меня потешать, матерь старую.


Матушке Добрынюшка наказывал,
Государыне Добрынюшка наговаривал:
- Ты прости, государыня-матушка.
Не поется мне, не играется,
Не пощипывать мне струн серебрянных,
Не потряхивать весело кудрями.
Я вчера скакал по Святой Руси,
Я стрелой летел ниже облака,
На высоком холме свой раскинул шатер
Поглядеть орлом землю русскую.
Поглядел вокруг и на землю пал,
И лежал, как труп, на сырой земле,
Об одном просил, об одном молил:
- Расступись земля, приюти меня !
Видел я на Руси оскудение,
Видел мерзость кругом запустения,
Церкви белые оскверненные;
Басурманами разоренные.
Басурмане те не из тартара,
А своих кровей, лыком шитые.
И любой холоп, шут гороховый
Над рабами Христовыми тешится.
Сатана восстал на Святую Русь,
Понаставил бесовские капища,
Поклоняются люди идолам,
Как один спешат на позорища.
Стар и мал равны, все с ума сошли,
Отреклись от Бога, безумные,
Православнув веру забросили
И живут, жуют будто вечные.
Отдают детей обучать уму,
Обучают их жить без Господа,
А князья одну думку думают,
Как без Бога им миром правити.
Скоморохам житье - лучше некуда,
Приосанилось племя вертлявое,
Позабыли напевы родимые.
И гудят гудцы непотребное.
Из заморских стран едут нехристи
И с собой везут нравы срамные,
Всем заморским Русь заполонили,
Так что духу нет православного.
То, что срамом слыло, стало славою,
То, что славою было - оплевано.
А князья одну думку думают,
Как без Бога им миром правити.
Эх, князья, князья, доля горькая,
Вам придется жать то, что сеете.
Матушка Добрынюшке наказывала,
Государыня Добрынюшке наговаривала:
- Ох и глупый ты сын, свет Деменьтьевич,
Не набрался поди уму-разуму.
Не пришла еще ночка темная,
Ночка темная, тьма кромешная.
Есть еще на земле сыны русские,
Православную веру хранящие.

Сколько мучеников, исповедников
Пред Престолом стоят Вседержителя,
День и ночь умоляют с Пречистою
О родной стороне, об Отечестве.
И пока в Церквах Божиих молятся,
Панихиду не правь по Святой Руси.
Матушка Добрынюшке наказывала,
Государыня Добрынюшке наговаривала.

Иеромонах Роман

П.С. "Нам с небес уже громогласно

Ангел мечется, голосит:

“Нет, не белый я!.. Нет, не красный!..

Россиянин я, аз еси…”." - Мда... И это тоже наверное... в какой то степени патриотизм.

Надо и тут отстреляться.

Пули

Пули летят, пули,
Солдаты сидят в окопах,
Пули летят слишком быстро,
Командир отдаёт приказанья.

Наш комбат начистил медали,
Видно хочет пойти в атаку,
Но он не пойдёт первым,-
Прекрасно работает снайпер.

Припев: А пули летят, пули,
Командир отдаёт приказанья,
Солдаты сидят в окопах,
Потому что летят пули.

Сапёры роются в грунте,
Зарывают стотонную мину,
Но она всё равно не взорвётся,-
Шпион отвинтил контрагайку.

Припев: А пули летят, пули,
Шальные летят и не очень,
Солдаты сидят в окопах,
Солдаты читают почту.

А повар придумал ужин:
Немного крупы перловой,
Немного коры дубовой,
Немного дорожной пыли,
Немного болотной тины,
Солдат не умрёт голодным.

Припев: А пули летят, пули,
Командир отдаёт приказанья,
Солдаты сидят в окопах,
Потому что летят пули.

Самолёт возвратился на базу,
А подлодка исчезла в пучине,
Обидно, ведь завтра ж праздник
Военно - морского флота.

Припев: А пули летят, пули,
Командир отдаёт приказанья,
Солдаты сидят в окопах
И слушают звуки гармони.

А в воздухе тоже проблемы:
Самолёт улетел в стратосферу,
Не вернётся пилот героем,-
Зачитался письмом из дома.

Припев: А пули летят, будто птицы,
Взлетают и больно клюются,
Солдаты сидят и смеются,
Хорошая вещь - привычка.

(с) Манго-Манго

Уж не знаю, сюды или в Лебядкина...

ПЕСНЯ ПРО СРАЖЕНИЕ НА РЕКЕ ЧЕРНОЙ

Как четвертого числа
Нас нелегкая несла
Горы отбирать (bis).

Барон Вревский генерал
К Горчакову приставал,
Когда подшофе (bis).

«Князь, возьми ты эти горы,
Не входи со мною в ссору,
Не то донесу» (bis).

Собирались на советы
Все большие эполеты,
Даже Плац-бек-Кок (bis).

Полицмейстер Плац-бек-Кок
Никак выдумать не мог,
Что ему сказать (bis).

Долго думали, гадали,
Топографы все писали
На большом листу (bis).

Гладко вписано в бумаге,
Да забыли про овраги,
А по ним ходить... (bis).

Выезжали князья, графы,
А за ними топографы
На Большой редут (bis).

Князь сказал: «Ступай, Липранди».
А Липранди: «Нет-с, атанде,
Нет, мол, не пойду (bis).

Туда умного не надо,
Ты пошли туда Реада,
А я посмотрю...» (bis).

Вдруг Реад возьми да спросту
И повел нас прямо к мосту:
«Ну-ка, на Уру» (bis).

Веймарн плакал, умолял,
Чтоб немножко обождал.
«Нет, уж пусть идут» (bis).

Генерал же Ушаков,
Тог уж вовсе не таков:
Все чего-то ждал (bis).

Он и ждал да дожидался,
Пока с духом собирался
Речку перейти (bis).

На уру мы зашумели,
Да резервы не поспели,
Кто-то переврал (bis).

А Белевцев-генерал
Все лишь знамя потрясал,
Вовсе не к лицу (bis).

На Федюхины высоты
Нас пришло всего три роты,
А пошли полки!.. (bis).

Наше войско небольшое,
А француза было втрое,
И сикурсу тьма (bis).

Ждали — выйдет с гарнизона
Нам на выручку колонна,
Подали сигнал (bis).

А там Сакен-генерал
Все акафисты читал
Богородице (bis).

И пришлось нам отступать,
Р...же ихню мать,
Кто туда водил (bis).

(Л. Н. Толстой)

Роберт Рождественский
(из сборника "Возраст")


* * *

На Земле
безжалостно маленькой
жил да был человек маленький.
У него была служба маленькая.
И маленький очень портфель.
Получал он зарплату маленькую...
И однажды —
прекрасным утром —
постучалась к нему в окошко
небольшая,
казалось,
война...
Автомат ему выдали маленький.
Сапоги ему выдали маленькие.
Каску выдали маленькую
и маленькую —
по размерам —
шинель.

...А когда он упал —
некрасиво, неправильно,
в атакующем крике вывернув рот,
то на всей земле
не хватило мрамора,
чтобы вырубить парня
в полный рост!

* * *

Что же такое "мы"?
Мы-из лесов безбрежных,
Мы -из блокадной тьмы ,
Мы-из стихов сгоревших,
Из невысоких изб,
Песенного всесилья,
Мы из бессмертья,
Из
Плоти твоей, Россия!

Мы от свинцовых розг
Падали в снег с разбега,
Но-поднимались в рост,
Звонкие, как победа,
Как продолжение дня,
Шли тяжело и мощно,
Можно убить меня,
Нас убить невозможно!

Что же такое "мы"?
Веруя в пробужденье,
Взяв у земли взаймы
Силу в момент рожденья.
Мы ей вернем сполна
Все, что она давала,
Только б была она!
Лишь бы существовала!

Мы проросли из нее,
Будто трава степная,
Гибнет в печи смолье,
Солнце напоминая.
Глядя в лицо огня,
Я говорю тревожно:
Можно убить меня,
Нас убить невозможно!

* * *

Та зима была,
будто война, -
лютой.
Пробуравлена,
прокалена ветром.
Снег лежал,
навалясь на январь
грудой.
И кряхтели дома
под его весом.
По щербатому полу
мороз крался.
Кашлял новый учитель
Сергей Саныч.
Застывали чернила
у нас в классе,
и контрольный диктант
отменял завуч.
Я считал,
что не зря
голосит ветер,
не случайно
болит по утрам
горло,
потому что остались
на всём свете
лишь зима и война –
из времён года…
И хлестала пурга
по земле крупно,
и дрожала река
в ледяном гуле.
И продышины в окнах
цвели кругло,
будто в каждое
кто-то всадил
пулю!
И надела соседка
платок вдовий.
И стонала она допоздна-поздно…

Та зима была,
будто война, -
долгой.
Вспоминаю –
и даже сейчас
мёрзну.

* * *

ДАВНЕЕ
А. Киреевой

Я, как блиндаж партизанский,
травою пророс.
Но, оглянувшись,
очень отчетливо вижу:
падают мальчики,
запнувшись за мину,
как за порог,
наткнувшись на очередь,
будто на ленточку финиша.
Падают мальчики,
руки раскинув просторно,
на чернозем,
от безделья и крови
жирный.
Падают мальчики,
на мягких ладонях которых —
такие прекрасные,
такие длинные
линии
жизни.

* * *

БАЛЛАДА О ЗЕНИТЧИЦАХ

Как разглядеть за днями
след нечёткий?
Хочу приблизить к сердцу
этот след…
На батарее
были сплошь –
девчонки.
А старшей было
восемнадцать лет.
Лихая чёлка
над прищуром хитрым,
бравурное презрение к войне…
В то утро
танки вышли
прямо к Химкам.
Те самые.
С крестами на броне.

И старшая,
действительно старея,
как от кошмара заслонясь рукой,
скомандовала тонко:
- Батарея-а-а!
(Ой мамочка!..
Ой родная!..)
Огонь! –
И –
залп!
И тут они
заголосили,
девчоночки.
Запричитали всласть.
Как будто бы
вся бабья боль
России
в девчонках этих
вдруг отозвалась.
Кружилось небо –
снежное,
рябое.
Был ветер
обжигающе горяч.
Былинный плач
висел над полем боя,
он был слышней разрывов,
этот плач!
Ему –
протяжному –
земля внимала,
остановясь на смертном рубеже.
- Ой, мамочка!..
- Ой, страшно мне!..
- Ой, мама!.. –
И снова:
- Батарея-а-а! –
И уже
пред ними,
посреди земного шара,
левее безымянного бугра
горели
неправдоподобно жарко
четыре чёрных
танковых костра.
Раскатывалось эхо над полями,
бой медленною кровью истекал…
Зенитчицы кричали
и стреляли,
размазывая слёзы по щекам.
И падали.
И поднимались снова.
Впервые защищая наяву
и честь свою
(в буквальном смысле слова!).
И Родину.
И маму.
И Москву.
Весенние пружинящие ветки.
Торжественность
венчального стола.
Неслышанное:
«Ты моя – навеки!..»
Несказанное:
«Я тебя ждала…»
И губы мужа.
И его ладони.
Смешное бормотание
во сне.
И то, чтоб закричать
в родильном
доме:
«Ой, мамочка!
Ой, мама, страшно мне!!»
И ласточку.
И дождик над Арбатом.
И ощущенье
полной тишины…
…Пришло к ним это после.
В сорок пятом.
Конечно, к тем,
кто сам пришёл
с войны.

* * *

БАЛЛАДА О КРАСКАХ

Был он рыжим,
как из рыжиков рагу.
Рыжим,
словно апельсины на снегу.
Мать шутила,
мать веселою была:
«Я от солнышка сыночка родила...»
А другой был чёрным-чёрным у неё.
Чёрным,
будто обгоревшее смолье.
Хохотала над расспросами она,
говорила:
«Слишком ночь была черна!..»
В сорок первом,
в сорок памятном году
прокричали репродукторы беду.
Оба сына, оба-двое, соль Земли —
поклонились маме в пояс.
И ушли.
Довелось в бою почуять молодым
рыжий бешеный огонь
и черный дым,
злую зелень застоявшихся полей,
серый цвет прифронтовых госпиталей.
Оба сына, оба-двое, два крыла,
воевали до победы.
Мать ждала.
Не гневила,
не кляла она судьбу.
Похоронка
обошла её избу.
Повезло ей.
Привалило счастье вдруг.
Повезло одной на три села вокруг.
Повезло ей.
Повезло ей!
Повезло!—
Оба сына
воротилися в село.
Оба сына.
Оба-двое.
Плоть и стать.
Золотистых орденов не сосчитать.
Сыновья сидят рядком — к плечу плечо.
Ноги целы, руки целы — что еще?
Пьют зеленое вино, как повелось...
У обоих изменился цвет волос.
Стали волосы —
смертельной белизны!
Видно, много
белой краски
у войны.

* * *

Когда убили одного,
все спрашивали: кто? кого?
когда? с какою целью?
солдат ли? офицер ли?

Когда убили десять лиц,
все вслух позорили убийц,
запомнив благосклонно
убитых поимённо.

Когда убили сто персон,
никто не спрашивал имён –
ни жертв, ни убивавших,
а только – наших? ваших?

Когда убили миллион,
все погрузились в смертный сон,
испытывая скуку,
поскольку сон был в руку.

(с) А. Л. Величанский

Ну и снова позвольте отметиться "воинствующим националистам"

Голубые береты • Потому что русские мы


Эй, Америка, ты и умней, и богаче,
Ты сидишь на планете – ноги на стол,
Ты смеешься над нами, а как же иначе?
В этом матче гигантов ты забила нам гол.

Но не слышно еще финального свиста,
На табло не зажглись пораженья нули.
Мы в атаку идем, стиснув зубы до боли,
Потому что русские мы! Потому что русские мы!


Что ж, Германия, ты и чиста, и опрятна,
Ты в спокойствии тихом пиво сосешь,
Ты смеешься над нами, и это понятно,
И подачки с улыбкой хозяина шлешь.

Иногда вспоминаешь прошедшие годы,
Как фашистский сапог дошагал до Москвы.
Мы еще раз докажем, что встанем с коленей,
Потому что русские мы! Потому что русские мы!


Да, планета, на лике твоем – удивленье,
Ты не можешь понять, как случилось, что мы
Вместо гордого знамени сильной державы
Получили ярлык самой нищей страны.

Только рано пока ставить точку на этом
И искать наше место на задворках Земли.
Мы восстанем из ада как Феникс из пепла,
Потому что русские мы! Потому что русские мы!

Потому что русские мы!


T.N.F. • Русский щит
Время проходит, годы идут,
Герои уходят в свой дальний путь.
На место их иные грядут,
Ушедших с честью, с честью и ждут.

Встанем русским щитом,
Заслоняя от врагов грудью тебя,
И не посрамим отечество,
Русь моя великая!

Сколько их было, и сколько их будет
На сцене, на улице и на войне,
А если страна, тех героев забудет,
То их имена мы напомним стране!

Встанем русским щитом,
Заслоняя от врагов грудью тебя,
И не посрамим отечество,
Русь моя великая!

На благо отчизны отдавшие жизни –
Крестов очень много в моих городах –
Кощунство забыть вас, вы гордость отчизны,
И слезы не видеть в материнских глазах!

За власть Советов
Смело мы в бой пойдем,
В борьбе за это
Все перекалечимся и умрём!
(Д. Хармс)

Уж как мы ль, друзья, люди русские!..
Всяк субботний день в банях паримся,
Всякий божий день жирны щи едим,
Жирны щи едим, гречневку лопаем,
Всё кваском родным запиваючи,
Да любовью к ней похваляючись...
И как нас-то всё бранят попусту,
Что ничего-то мы и не делаем,
Только свет коптим, прохлаждаемся,
Только пьём-едим, похваляемся...
Ах, и вам ли, люди добрые,
Нас корить-бранить стыдно б, совестно:
Мы работали б, да хотенья нет;
Мы и рады бы, да не хочется;
Дело плёвое, да труда бежим!
Мы труда бежим, на печи лежим,
Ходим в мурмолках, да про Русь кричим,
Всё про Русь кричим, – вишь до охрипу!
Так ещё ль, друзья, мы не русские?!
(К. Прутков)

Баллада о воинах первого ряда
Мир стоит до рати, а рать до
мира
(Русская
пословица)
Наши деды свой долг, как былинное слово усвоив,
поднимались на битву с врагом у переднего края.
Полководцы являли собой состоянье покоя,
а отцы выходили вперёд, сыновей закрывая.

И бойцы, поборовшие страх свой в неистовых битвах,
оставляли себе привилегию первого ряда.
Становились, прощаясь, крестясь и читая молитву,
сознавая, что это и долг, и судьба, и награда.

Первый ряд – это участь и честь. Это вольность и
воля.
Это суд и судьба. Это право пасть первым в сраженьи.
И кому-то придётся сложить свою голову в поле,
а кому-то лишь только принять боевое крещенье.

И когда до удара мечей оставалось полвздоха,
и глазами смотрели в глаза две враждебные тучи,
каждый раз замирала с надеждой и болью эпоха,
созерцая два огненных вихря, сорвавшихся с кручи!

Ну, а после крошились щиты и стонали кольчуги,
и булатом звенела в ушах раскалённая сеча.
Ненасытная смерть потирала убийственно руки,
забирая одних, а других, мимоходом, калеча…

В нескончаемых битвах, где ратников гибло немало,
закалялись сердца, и ковался характер героев.
Кто прошёл сквозь огонь, через скрежет зубов и
металла,
тот уже до конца своих дней не узнает покоя.

Не ко всем испытаньям, подчас, мы бываем готовы,
и не всем доведётся дожить до победного пира.
Только истово верим и помним, как дети Христовы,
то, что миру до рати стоять, ну а рати до мира!

Совесть предков живёт в биосфере минувших столетий,
осеняя нас крестною силой и верой в победы.
И доколе вертИтся Земля и рождаются дети,
на роду нам написано чтить вековые заветы.

И допрежде, чем век двадцать первый уйдёт в
бесконечность,
выйдет время когда-то и мне в первый ряд становиться,
выполняя свой долг перед теми, кто канули в вечность,
и пред теми, кого закрывать мне плечом и десницей.

20/IV-05 г.
Иван Чернавский.
Лично я перед такими стихами снимаю шляпу...

Навеяно фашистским маршем в центре Москвы:

О, слёзы на глазах!
Плач гнева и любви!
О, Чехия в слезах!
Испания в крови!

О, черная гора,
Затмившая — весь свет!
Пора — пора — пора
Творцу вернуть билет.

Отказываюсь — быть.
В Бедламе нелюдей
Отказываюсь — жить.
С волками площадей

Отказываюсь — выть.
С акулами равнин
Отказываюсь плыть —
Вниз — по теченью спин.

Не надо мне ни дыр
Ушных, ни вещих глаз.
На твой безумный мир
Ответ один — отказ.

Марина Цветаева.
Очень жаль, что ее стихи не потеряли актуальность через столько лет.

Что-то Рубцова не вспомнили

Погружены в томительный мороз,
Вокруг меня снега оцепенели.
Оцепенели маленькие ели,
И было небо темное, без звезд.

Какая глушь! Я был один живой.
Один живой в бескрайнем мертвом поле!
Вдруг тихий свист (пригрезившийся, что ли?)
Мелькнул в пустыне, как сторожевой…

Я был совсем как снежный человек,
Входя в избу (последняя надежда!),
И услыхал, отряхивая снег:
- Вот печь для Вас и теплая одежда…-

Потом хозяйка слушала меня,
Но в тусклом взгляде жизни было мало,
И, неподвижно сидя у огня,
Она совсем, казалось, задремала…

Как много желтых снимков на Руси
В такой простой и бережной оправе !
И вдруг открылся мне и поразил
Сиротский смысл семейных фотографий:

Огнем, враждой земля полным полна,
И близких всех душа не позабудет…
- Скажи, родимый, будет ли война? –
И я сказал: - Наверное, не будет.

Она смотрела как глухонемая,
И головы седой не поднимая,
Опять сидела тихо у огня.
Что снилось ей?
Весь этот белый свет,
Быть может, встал пред нею в то мгновенье?
Но я глухим бренчанием монет
Прервал ее старинные виденья…
- Господь с тобой. Мы денег не берем! -
- Что ж, - говорю, - желаю Вам здоровья! -
За все добро расплатимся добром,
За всю любовь расплатимся любовью…

Спасибо, скромный русский огонек,
За то, что ты в предчувствии тревожном
Горишь для тех, кто в поле бездорожном,
От всех друзей отчаянно далек,
За то, что с доброй верою дружа,
Среди тревог великих и разбоя
Горишь, горишь, как добрая душа,
Горишь во мгле – и нет тебе покоя…
Николай Рубцов

А.С.Пушкин

Великий день Бородина
Мы братской тризной поминая,
Твердили: "Шли же племена,
Бедой России угрожая;
Не вся ль Европа тут была?
А чья звезда ее вела!...
Но стали ж мы пятою твердой
И грудью приняли напор
Племен, послушных воле гордой,
И равен был неравный спор.

И что ж? свой бедственный побег,
Кичась, они забыли ныне;
Забыли русский штык и снег,
Погребший славу их в пустыне.
Знакомый пир их манит вновь -
Хмельна для них славянов кровь;
Но тяжко будет их похмелье;
Но долог будет сон гостей
На тесном, хладном новоселье,
Под злаком северных полей!

Ступайте ж к нам: вас Русь зовет!
Но знайте, прошеные гости!
Уж Польша вас не подведет:
Через ее шагнете кости!..."
Сбылось - и в день Бородина
Вновь наши вторглись знамена
В проломы падшей вновь Варшавы;
И Польша, как бегущий полк,
Во прах бросает стяг кровавый -
И бунт раздавленный умолк.

В боренье падший невредим;
Врагов мы в прахе не топтали;
Мы не напомним ныне им
Того, что старые скрижали
Хранят в преданиях немых;
Мы не сожжем Варшавы их;
Они народной Немезиды
Не узрят гневного лица
И не услышат песнь обиды
От лиры русского певца.

Но вы, мутители палат,
Легкоязычные витии,
Вы, черни бедственный набат,
Клеветники, враги России!
Что взяли вы?... Еще ли росс
Больной, расслабленный колосс?
Еще ли северная слава
Пустая притча, лживый сон?
Скажите: скоро ль нам Варшава
Предпишет гордый свой закон?

Куда отдвинем строй твердынь?
За Буг, до Воркслы, до Лимана?
За кем останется Волынь?
За кем наследие Богдана?
Признав мятежные права,
От нас отторгнется ль Литва?
Наш Киев дряхлый, златоглавый,
Сей пращур русских городов,
Сроднит ли с буйною Варшавой
Святыню всех своих гробов?

Ваш бурный шум и хриплый крик
Смутили ль русского владыку?
Скажите, кто главой поник?
Кому венец: мечу иль крику?
Сильна ли Русь? Война, и мор,
И бунт, и внешних бурь напор
Ее, беснуясь, потрясали -
Смотрите ж: все стоит она!
А вкруг ее волненья пали -
И Польши участь решена...

Победа! сердцу сладкий час!
Россия! встань и возвышайся!
Греми, восторгов общий глас!...
Но тише, тише раздавайся
Вокруг одра, где он лежит,
Могучий мститель злых обид,
Кто покорил вершины Тавра,
Пред кем смирилась Эривань,
Кому суворовского лавра
Венок сплела тройная брань.

Восстав из гроба своего,
Суворов видит плен Варшавы;
Вострепетала тень его
От блеска им начатой славы!
Благословляет он, герой,
Твое страданье, твой покой,
Твоих сподвижников отвагу,
И весть триумфа твоего,
И с ней летящего за Прагу
Младого внука своего.

ЗЕМЛЯ ШУКШИНА

В березах беспокойно кружит
Гармошки хриплый говорок,
Усталый трактор степь утюжит,
И вьется серый прах дорог.
Земля родимая, ответь мне
Зачем, не ведая вины,
Не заживаются на свете
Твои любимые сыны?
Упал, ушел в траву с размаху,
И половины не скосив,
Большое сердце, как рубаху,
До дыр последних износив.
Гармошка захлебнулась глухо,
А ты, подняв дорожный дым,
Становишься ушедшим пухом
И все суровее –
к живым.

Пришли либера..., в смысле люди считающие, что русский= фашистский и всё опошлили :-) Ну ничё, будем наводить порядок.



ЧЁРНЫЙ


Смотри, как "черный" распечатал всю колоду,
Мой rock-n-roll забил по цифре синхрокода,
Весь генофонд нагнул в полураспад,
А биомассу превратил в электорат.
Он каждому шепчет: "Ты", и каждый орет: "Мне!"
В самости по шею, по глаза в говне.
Три шестерки на семи понтах,
Землю распатронили в пух и прах.

Мир
без
глаз.
Танцы раком, срамом на показ.
Взгляд -
кровь
слез.
Где вразнос, там свара, да донос.

Мне вместо глаз все чаще видятся бойницы,
А вместо лиц все чаще цифры да таблицы.
ИНН ведет подсчет.
SIM, HTTP, GPRS, PIN-код.
И каждый орет: "мне! Сейчас и здесь, все!"
Требы оприходуя на то, на се.
Клоунами гнуться в истерике танца
Само истребители и самозванцы.


Не замечая, времени ход,
Звезды плетут хоровод.
С каждой минутой ближе покой,
Вечность стоит за спиной.


Как жить толпе, давным-давно диктует стая.
Все "распальцованно" от края и до края.
На криминал работает актив,
Без вариантов, то бишь без альтернатив.
Здесь слово "русский" не вполне политкорректно,
Вот "россиянин" - это "чисто" и "конкретно".
Строем роют по формату норы
Люди-телевизоры, люди-мониторы.

К.Кинчев

Вот, что значит по моему мнению, стихи патриота:


По приказу мы стреляли и, стреляя,
Я дрожал, как отлетающие души.
Запишите меня в список негодяев,
Если он теперь еще кому-то нужен.

Запишите, запишите меня в список,
Только вряд ли это что-нибудь изменит...
Никакая боль не будет мне сюрпризом,
Ведь за столько лет мы превратились в тени.

И за столько лет мы живы почему-то...
Как же так, что разобраться не приспело?
Это ж сколько люди видели салютов?!
Ну, конечно же, ни одного расстрела.

За Уралом с лозунгами рьяными
Пятилетка шла, как полагается,
А мы вдупель напивались пьяными,
Чтоб не сомневаться и не каяться.

А в то лето было жарко, воздух каменный.
Днем мне матери их снились, было муторно.
А всю ночь, чтоб заглушались вопли в камерах,
Во дворе мотором харкала полуторка.

Мы топили в страхах заповедь Христову,
Было тошно, было жутко, было гадко,
Но за Родину, вождей внимая слову,
Мы душили сумасшедшие догадки.

Но за Родину, за Родину,
Душили сумасшедшие догадки.
А мальчики коптили стекла на костре,
Чтоб смотреть на солнце в затмение.
Сколько было радости в той поре !
Сколько было лет еще до прозрения !

Сколько раз потом из оттепели в оттепель
Красных флагов отсыревшею материей
Накрывали после драки их, и вот теперь
Снова оттепель - а я не верю ей.
Снова оттепель, и снова верь - а не верю ей.

По приказу мы стреляли и, стреляя,
Я дрожал, как отлетающие души.
Запишите меня в список негодяев,
Если он теперь еще кому-то нужен.

Олег Митяев.

Прекрасная мечта,так и не ставшая былью.ВЕЛИКАЯ страна,раздавленная всепожирающей мерзостью "демократии".Торжествующие рыла тех,для кого "где хорошо - там и родина".

ЭТО написано в совсем другое время и совсем по другому поводу,но ЭТИ СТИХИ - О НАШЕЙ РОДИНЕ...

Ф.Пессоа
....... Кто, родина, расправился с тобой,
Отравленною сделал и недужной,
Кто жалкой наделил тебя судьбой,
Прельщая пищей - сытной, но ненужной?

Кто вновь и вновь тебе внушает сны?
Кто вновь и вновь тебя могилой манит?
Твои ладони слишком холодны.
О, что с тобою, в жизнь влюбленной, станет?

Да, ты жива, да, длится бытие,-
Но жизнь твоя - лишь сонные мгновенья...
Все существо облечено твое
Позорною хламидою забвенья.

Спи - навсегда. Знай, греза голубая
Хотя бы не спалит тебя дотла -
Как сон безумный, что любовь любая
К тебе, о родина,- всегда мала.

Спи безмятежно,- я с тобой усну,
Волнениям подведены итоги;
Ты, у надежды не томясь в плену,
Не будешь знать ни жажды, ни тревоги.

Спи, и судьбы с тобой единой ради
Пребудут отпрыски твоей семьи
В таком же сне, и в нищенской отраде -
Обнять стопы любимые твои.

Спи, родина,- никчемна и ничтожна,
А коль узришь во сне надежды свет,
Знай, все - не нужно, ибо невозможно,
И цели никакой в грядущем нет.

Спи, кончен вечер, наступает ночь,
Спи,- ненадежный мир смежает веки,
Предсмертным взором отсылая прочь
Все, с чем теперь прощается навеки.

Спи, ибо все кончается с тобой.
Ты вечной жизни жаждала во славе
Пред этой пустотою голубой -
Быть вечным вымыслом? О, спи, ты вправе

Исчезнуть, не внимая ничему;
Для праздных душ в мечтаньях мало проку;
Вечерний час уводит нас во тьму
Навстречу ветру, холоду и року -

Так, лику смерти противостоя,
Взглянув во мрак, что мир вечерний кроет,
Промолвил римский император: "Я
Был всем, однако быть - ничем не стоит".

Omnia fui, nihil expedit.
Император Север